введите 3+ символа
ничего не найдено
RU

Sagraedo

Функции

...в самое дождливое лето британского колониального владычества.

Событие: Лагаан
Последнее изменение: 15.09.2009 в 04:27

Кто: я, Скайтелл, Ульяна. Ещё: Рингиль, Сарё. Спасибо: - Ваю Цзы wy_tzu и Шакти shakty - Шацу wyhuholl - Фиделю akbars - добрым хозяевам складного стула - мастерской группе - семейству раджи Джайпура (Ратиандр и его команда) - семейству управляющего железной дороги - свахе Джаянти - Эндрю Лидингтону и его дочери от девадаси - девадаси

Всем игрокам спасибо за игру.

 

Я забыла мыло. Возможно, потому, что накануне отъезда по всему городу собирала оборудование для стоянки. К Шакти шла под проливным дождём, форсируя быстротекущие московские инды и ганги. Да, я всё ещё верна своему слову, что в этом сезоне не вывезла на полигон ни одной команды:) На Мокрых Ангелах, признаю, балансировала на грани фола. Но в этом сезоне никто не ассоциировал меня с группой моих людей. Вот и Рингиль с Сарё узнали, что приписаны к дому старосты Джайпура за три дня до игры. И Скайтелла-Арджуну, - с которым мы, вопреки предположениям соседей, наблюдавших нашу игру, познакомились, фактически, только на Индии, - я знала только в лицо. Я даже его репутацию не знала - мне про его амплуа Шакти рассказала, пока я готовила себя к влезанию в кроссовки, по сравнению в которыми репутация знатного маньяка была суше некуда.

 

Скайтелл мыло привёз. Но только в пятницу днём. Со времени нашего с Шацем заезда на полигон прошли почти сутки. Погодка начала шептать уже на выезде на Щёлковское шоссе. Мы с Шацем хором ужасались, раз в полчаса спрашивали друг друга: "Позвонить ли на полигон?" и сами отвечали: "Суше от этого не станет, нечего болтать". Наконец, пришли к консенсусу, что сезон дождей добавит Индии антуража. Ну как в воду глядели. Высадив меня на границе двух княжеств, Илья помог перенести вещи в Джайпурскую деревню. Лес к тому времени уже достаточно промок, чтобы строяк стал работкой не пыльной, но грязной. Народ потихоньку готовился к параду, а я заняла в сеттльменте складной стул и обнималась с деревами - натягивала стальной трос для тента, в чём мне помог высокий Фидель.

 

С какими чувствами смотрела я в спины удалявшихся на парад соседей - словами не описать. Но горькие эти чувства перекрывало чувство непогоды. Я работала быстро - мне местами помогали высокие прохожие. И вот, только я распределила натяжение по тенту, как Индра хлестнул коней и, обгоняя ветер, помчался по индийскому небу над моей головой. Вода - буршшш! - упала на зелёную крышу дома джайпурского старосты. Я стояла под ней в полнейшем одиночестве. Никто не заставлял меня собирать садовый тент перед входом - план строительства был утверждён мною лично.

 

За несколько лет командных выездов я привыкла, что у меня минимум три пары рук: мои и мальчиков, которые работали со мной, я привыкла настолько, что иногда оглядывалась через плечо - найти в сумерках взглядом фигуру Никиты, Димы или Павла и попросить передать мне вот ту трубку за номером шесть... На "мальчика" отзывался Фидель, а иногда просто подходил и помогал передвинуть каркас. Я постоянно обнимала себя и целовала в лоб.

 

Я начала разбирать вещи, когда во двор зашла пара священных коров. Мы коротко пообщались, я заплатила банановый налог, получила карму - и они покинули меня также внезапно, как появились. К полуночи снова начался дождь, я поставила палатку и легла спать под песни строителей железной дороги.

 

Утром первого дня на стройке оплакивали Гопала, которому накануне вечером тигр отгрыз правую руку, но, к счастью, не на смерть. Из дома хозяина чайной плантации, отца большого семейства, состоящего из множества женщин и послушливого слона, доносились то вопли отчаяния, то радостные крики. Прохожие, одетые по обычаю в дхоти, сари и шальвар камис изо всех сил игнорировали продолжающееся строительство. Я сбегала за тканью и возвела вокруг тента стены. В отгороженной комнате дома разложила большущий надувной матрас, застелила его ярким покрывалом и повесила над ним светильник: теперь всё было готово к возвращению из паломничества Арджуны, не хватало только его матери, Савитри. Ну так не вопрос: я надела сари цвета кофе с молоком, приколола к волосам метровую косу, нарисовала зелёной краской на лбу бинди, положила на голову складной стул и отправилась в сеттльмент, возвращать добро добрым белым сахибам. Это путешествие было намного проще того, что непременно предстояло мне совершить через джунгли, если бы не мой дорогой племянник. Рингиль был лёгок, как воробышек. Вот уж никогда бы не поверила, что могу сказать такое. Как он шёл по лесу - это надо видеть. Понятно, ведь племянник старосты - дитя из Джунгдей (но это Страшная Тайна, конечно!). Он принёс мне из джунглей свежую воду и всё для очага. Я прежде не была знакома с Сарё и не видела их вместе, да и в этот раз бывали в моём индийском доме они очень редко, но я бы хотела видеть их чаще, - они очень хороши вдвоём. Я что-то от кого-то слышала об этой паре, и если этот кто-то ещё что-нибудь этакое скажет, - да подавится он каждым словом.

 

Мой сыночек Арджуна привёз мыло, - похоже, он вообще никогда ничего не забывает случайно. И очень, очень много думает. Он признался, что особенно ему понравилось думать под саундрек из индийского кинофильма, который я назвала "Песня мужская задумчивая". Он вернулся из паломничества в Варанаси, где молился о скорейшем возвращении отца. Арджуна был очень набожен, наверное, оттого, что над ним довлела карма прошлых перерождений. Девушки отказывались прогуляться с ним до храма, не поставив в известность всех родственников и светские власти. Я сомневаюсь, что какие-либо дикие звери из Джунглей осмеливались перейти ему лесную тропу. Понятно, что при такой репутации шансы привести в дом невестку из Джайпура или Бароды были ничтожно малы.

 

Тем вечером, возвращаясь с сыном из храма Шивы, я увидела, как навстречу мне выруливает чёрный "судзуки" Ульяны. Она высадила троих под рюкзаками и сообщила, что мы едем за едой. Это было очень кстати, поскольку чугунный гриль Вая дошёл до меня в неполной комплектации. Этот гриль со мной с самого Опарижа. И с каждой нашей встречей его становится всё меньше. В этот раз в упаковке не доставало верхней решётки, поэтому мне было очень, очень сложно наладить с ним конструктивное сотрудничество. За весь день мне удалось приготовить на нём кофе, испечь пару лепёшек из муки и воды и приготовить рис на яйце и молоке с фруктами - при несоизмеримой затрате усилий. А ведь сына нужно кормить. Мы вернулись в пустой дом уже затемно.

 

По приезде я обнаружила на мобильном сообщение от неизвестного адресата с вопросом, не нужна ли мне помощь. Перезванивать я не стала - смутилась, да и помощь мне была уже не нужна. Мы развели огонь в очаге и начали готовить мясо. Косяком пошли гости, да и сын не заставил себя долго ждать. Мы покушали и легли спать. Так закончился первый день. Наутро второго дня в порт прибыл английский корабль, с которого на берег сошла леди Элизабет Лайм, поборница национального самоопределения индусов. Она немедленно переоделась в купленное на месте сари и приказала доставить её багаж в ближайшую деревню, где, повергая в страх местных жителей, разместилась в нашем доме. Меня она послала сообщить своему кузену, мистеру Лиддингтону, о своём прибытии. Я надела нарядное сари и поспешила в Сеттльмент.

 

Мистер Лиддингтон произвёл на меня ещё большее впечатление, чем странная англичанка. Он усадил меня за стол и принудил пить чай, напугав до слёз. Тем временем сыночек мой Арджуна много думал под мантры брахманов и песни из индийских кинофильмов. И решил жениться. Выбор его пал на девушку, работавшую служанкой в Сеттльменте. По стечению обстоятельств, она служила господину Лиддингтону. Мир тесен и без песен не интересен. Происходя из княжетва Бароды и живя в Сеттльменте, девушка совершенно ничего не знала о непростой репутации Арджуны, и потому была готова дать согласие. Правда, невеста, по сведениям, была сиротой, и сына несколько смущало то, что у неё нет семейства. Если бы мой мудрый сын знал, какие сложности накличет он своими словами!

 

Деревня жила своими радостями и горестями. Англичане охотились на зверей. Выходя из джунглей, звери кушали строителей железной дороги. Железная дорога пересекала чайную плантацию ровно посередине. Хозяин чайной плантации пел и танцевал о своих убытках, призывая богов в помощь. Боги сердились на англичан и натравливали зверей на деревни. Все индусы пели и танцевали о том, что они скоро погибнут либо под натиском джунглей, либо от рук недовольных темпами строительства англичан. В княжестве Барода злой раджа запретил камасутру, в очередной раз изнасиловал женщину и убил нескольких мужчин. А наш добрый раджа устроил весёлый праздник в честь своего восшествия на престол, где угощал всех жителей деревни и дарил нам подарки. Он особенно отметил труды моего сына, который готовил праздник, замещая на посту старосты своего пропавшего отца. А сваха сообщила моему сыну новости: одну хорошую и одну - плохую. Первая новость заключалась в том, что матерью девушки была девадаси храма Шивы Натараджи. Вторая новость заключалась в том, что отцом девушки был - правильно, - господин Лиддингтон. Говорят, узнав от девадаси о том, что у него есть дочь, он пожал плечами и предложил красавице конфетку. Да, желания аррджуны осуществились самым неожиданным образом, и теперь свадьба сына висела на волоске. Я решила взяться за дело сама.

 

По дороге домой на плантации я увидела Павла kozhev, идущего следом за священной коровой. Он нёс рюкзак, наполненный бананами и апельсинами - следом за ними плантация была засыпана обильным урожаем по самые верхушки ёлок. Павел признался, что сообщение о помощи написал он, и обещал заглянуть на огонёк нашего гостеприимного дома. Мой человек на полигоне! Это был знак, что дела, несомненно, налаживаются, и что задуманное мною неприменно совершится. Сын, я и сваха отправились в Сеттльмент. Нам предстоял непростой разговор с новообретённым отцом нашей невесты. Я не буду в подробностях передавать нашу беседу, которая повергала меня в полнейшее смятение и ужас. Скажу только, что я уверена - тем, что свадьба состоялась, сынок обязан моим молитвам. События развивались непривычно быстро - молодых соединили как раз после того, как боги покарали молнией злого раджу Бароды и ровно за четверть часа до того, как началось богослужение в храме Шивы. Во время танца девадаси на моего сына снизошло просветление - и он познал новую практику камасутры, которую, по благословению брахмана, он с молодой женой принялся осваивать сразу же по приходе домой под шум начинающегося дождя.

 

После того, как молодые сломали кровать, я предложила им развести огонь в очаге, - а сама, перевязав сари для танца, отправилась приглашать Павла на поздний ужин. Священные коровы мычали под навесом, а Павел дремал себе в палатке. Оказалось, он не держал на меня обиды за позднее приглашение - я решила, что и танцевать не надо. По дороге в деревню Павел вслух рассуждал о том, как похудели некоторые священные коровы - я, конечно, приняла эти слова на своё счёт и здорово испугалась, что тоже похудела. Сейчас могу сказать - да, Павел, за эти дни я сбросила аж 4 кг. Вот если бы ты вдруг заехал со мной в четверг, этого бы, конечно, не случилось. Само собой, никто в нашем доме не мог пожарить мясо так, как Павел - и мы вкусно покушали под приятную беседу. Госпожа Элизабет Лайм, насытившись местной экзотикой, крепко спала в палатке - мы проводили Павла и присоединились к ней. Мыло потерялось, поэтому мы не умылись. Так закончился второй день. Всю ночь шёл дождь. Он продолжился днём. И сейчас, верно, всё ещё идёт. Для кого как, а для меня это означает много легко доступной воды для мытья посуды.

 

Поскольку Уля торопилась, а лишаться транспорта типа внедорожника в условиях тропических ливней мне не хотелось, стоянку мы свернули рекордно быстро, параллельно позавтракав и рано пообедав. Мыло нашли, разбирая кухню. В связи с нашим безвременным отъездом, я не смогла попрощаться с Павлом, Ильёй murofen, с д. Славой, Людой и девочками и всеми-всеми-всеми, а также поцеловать в носы священных коров. Поэтому, пользуясь случаем, посылаю по указанным адресам спасибы, прощания и поцелуи.

Всем спасибо за игру:)

интересно