введите 3+ символа
ничего не найдено
RU

Sagraedo

Функции

Петра, старшая жрица

Событие: Греция
Последнее изменение: 17.09.2012 в 15:44

Игра для меня, в целом, сложилась. Она была насыщенна событиями, многогранна, глубока. Возношу многократные хвалы МГ за всё, что было сделано. Самое важное для меня – то, что информационное поле игры в целом не противоречило моему, напитанному Тахо-Годи и прочими голосовкерами. Кносс получился самобытным, таинственным, и для этого было сделано немало. Кроме игроцких замесов, сыграло и то, что многие критяне пошили оригинальные костюмы, принципиально отличавшиеся от хитоновтуник и гиматиев других городов, и то, что локация была размещена в глубине ельника, сумеречного и прохладного. Кносская рыбалка была едва ли не самым захватывающим ремеслом в Элладе.

На эту игру я выехала выгулять внутреннюю старушку. Петра была одной из немногих старух Эллады, мудрой, хитрой, ядовитой, с чёткими целями и далеко идущими планами. Она служила миру людей – хрупкой конструкции на границе хаоса, оказавшейся между молотом и наковальней титаномахии.
Служение это давалось ей всё труднее. Она всё чаще спотыкалась на ровном месте, всё чаще теряла. Многие годы занял её путь от яростного индивидуализма к подчинению страстей. Прототипом Петры была Аталанта, и сама Петра в своё время прикончила немало как зверей, так и людей.

Петра была старшей из трёх жриц Кносса. Культ женщин-со-змеями был одной из кносских тайн. Центральным событием на Кноссе была ночная мистерия, которую проводили жрицы. Показательно, что «люди бронзового века»(с)Птах не могли взять в толк, что мистерия безадресна. Они спрашивали Петру о том, кому посвящена мистерия, что за сущности принимают участие в ней. И получали ответы: никому, никакие.
Лирическое отступление. О вопросах и ответах.
Это отдельная тема. Информационная структура игры была такова, что у большинства игроков была масса причин для того, чтобы спрашивать. Спросить можно было не только у Оракула или артефактного свитка АфиныПрометея. В первую же мистерию царь Кносса дал зарок дать ответ на правильный вопрос. Кроме того, многие кноссцы и ксеносы на мистериях день за днём давали такого рода зароки. Учитывая, что царь Кносса знал четырнадцать из двадцати условий прохождения лабиринта, а игроки таскали на себе массу другой не менее интересной и полезной информации, знание о зароках давало массу преимуществ тем, у кого хватало ума ими воспользоваться. Да, царю вопрос так и не был задан, и многие другие зароки не были исполнены, но я не могу списать это на отсутствие ума у игроков, поскольку «есть нюанс». Во-первых, «правильный вопрос». Формулировка вопроса решала всё, и задать вопрос правильно получалось не у всех. Кроме того, как Петра выяснила едва ли не в первый день игры, ответ на вопрос может быть одновременно правильным, но неверным. Запустив на полигон загадку об афинской женщине и кносской рыбе, в четверг, в Дельфах Петра встретила персонификацию Свитка Афины, который дал на вопрос ответ правильный. Но не верный

На самом деле, мистерия была совершенно человеческим инструментом, с помощью которого поддерживался баланс между страстями и роком. На круге большой жертвы жрицы раздавали рок. В принципе, мы могли это делать и вне круга: увидели страстного грека, заглянули в ближайший храм, - и проблема решена. На крайний случай мы имели «лицензию на убийство». Но могучие человеческие страсти далеко не очевидны. Да и жрицы, по большей части, сами страстны (в жернова страстей попала, например, младшая жрица, Гесиона – что закончилось для неё печально). Петра, менее всего подверженная страстям, поставила перед собой дальнюю и значительную цель решить задачи культа. А на пути к этой цели ежедневно занималась спасением мира.
Проведение мистерии было крайне важным и обязательным служением Кносса. Настолько, что известие о высокой вероятности срыва мистерии вызвало у многих кноссцев апатию – дальнейшую судьбу свою они видели предрешённой, им оставалось только достойно встретить неизбежный и скорый конец. Также было понятно, что в случае конца Кносса, медным тазом накрывалась и вся Эллада. Узнав об этом, ксеносы реагировали по-разному.
Лирическое отступление. О действии.
После игры я слышала от Аскольда, что хороший игрок тот, кто предпочитает действие бездействию, и на вилке «делать-не делать» всегда выбирает «делать». Значит, в его системе координат я плохой игрок, и ищу общества столь же плохих игроков: мой выбор – «делать» тогда, когда невозможно «не делать». На игре на большинстве вилок я выбрала «не делать»: Петра не расследовала гибель сына и не мстила за него, не препятствовала отъезду ангелы на Самос, она не убила ни одного человека, не поймала ни одной рыбы, короче говоря, Петра не искала приключений. Зачем? Приключения сами нашли её: ей пришлось заниматься спасением мира, поскольку не спасать мир было невозможно. Переступая через эмоции, обычаи, нормы, вступая в конфликты с властью, богами, титанами. Эта решимость вызывала ответную реакцию игроков, какие-то жесты были замечательны. Например, царь Дельф пожертвовал для дела одну маску из своей казны вечером. Встречная молодая женщина дала Петре свою серьгу со словами: «Отнеси её в Олимпию моему супругу: у него есть маска, пусть он даст её тебе, а я сделаю ему новую». И т.д.

Четверг

Значительную часть четверга Петра и Этра carex потратили на спасение мира. Началось всё невинно – Теофил bodhij, сын Петры и муж одной из прекраснейших женщин Эллады, бывшей царевны Ангелы Самосской lorelea_, в честь годовщины брака позволил супруге навестить родной полис. В сопровождение отправилась Петра – за невесткой присмотреть, и Этра, средняя жрица – по делам. По дороге жрицы заглянули в Афины, полюбоваться на выходки Архелоха, который уже некоторое время был сильно не в себе и творил непотребства, что всегда выглядит забавно. Архелох объявил, что направит стопы на Самос, - и жрицы поспешили опередить его, чтобы не пропустить ни минуты зрелища. Как и предполагалось, публику изрядно развлекло выставление Архелоха с Самоса. Тот ушёл, а следом за ним пришли коринфские кузнецы. Один из них вышел на лобное место и провозгласил хулу на Архелоха. Горожане многоголосым хором поддержали хулу – и среди поддержавших были обе критские жрицы, наслышанные об асоциальном поведении хулимого. В тот же миг на Коринфян и тех, кто поддержал хулу, пало проклятие.

Понятно, что проклятые, нечистые жрицы не могут провести мистерию. На Крите жрицы принесли жертву Посейдону своей кровью – и получили ответ искать спасение в Дельфах. Далее последовал визит в Дельфы, аудиенция у царя skytell, добывание масок – когда Петра, стоптав ноги по колени (велика Эллада!) вернулась на Крит, её встретило известие о гибели сына от руки убийцы.





Лирическое отступление. О Карекс.

Всё, что говорят о ней – сущая правда. Не верьте ни единому слову. Потому, что любая правда о ней – это, в лучшем случае, полправды, а то и того меньше. Например, понятно, что у человека не может быть всего, но у неё наверняка будет большая часть того, что нужно вам в данный момент, - не считая всего того, что необходимо. На игре она, скорее всего, именно то, что вы о ней думаете, - не считая всего того, о чём вы не знаете и не узнаете. Наконец, если Карекс говорит «всё плохо», всё, действительно, плохо, - считая всё плохое, что может произойти. Карекс – человек, который может внушить осознание полной безнадёжности вашего общего положения, одним жестом - наливая себе вино, а её фразу «пойду, напьюсь» крайне сложно интерпретировать иначе, как «пиздец пришёл». Услышав это, нужно обладать недюженным оптимизмом, чтобы не прикинуться ветошью в ожидании скорого и страшного конца - или не уйти бухать вместе с ней. Я впервые играла с Карекс. Рекомендую этот опыт всем любителям экстрима, кровавого массакра и хорошего вина.
Короче говоря, всё было плохо. Напряжение было таково, что мы с Петрой, стиснув зубы, разрыдались под скупой рассказ Ангелы о смерти Теофила. Глотая слёзы, я хотела отмщения. Петра, нарыдавшись, перевернула страницу своего материнства - и сплавила Ангелу обратно на Самос, подальше от Кносса. Посмотрев на царевича, забиравшего вдовую сестру, - wy_tzuвыглядел решительно и воровато, - Петра подумала «А е*бись эти самеяне хоть пятистопным ямбом, главное – подальше отсюда». О, как она была права! Более судьба ксеносов её не интересовала.

Тем временем маски были добыты, но мистерия задерживалась. Чтобы призвать милость богов и отсрочить неминуемое, критяне решили принести гекатомбу, забив на площади перед храмом Посейдона сотенное стадо быков. Петра надела спасительную маску – и Аид воззвал к критянам с упрёком, что трое из них оскорбили его в го царстве, потому онемели и, неприкаянные, бродят по Элладе, разнося скверну.

О приношении гекатомбы брату Аида до разбирательства с непутёвыми соотечественниками не шло и речи. Приключенцы менее чем за 15 минут были найдены и доставлены в Кносс, где, после некоторых разбирательств, боги благословили их на очищение во время гекатомбы. Приведённая с ними ксеносска отличалась дурным нравом и глупостью, поскольку напала на Аида с мечом в его же царстве, чем навлекла гнев бога на себя и своих спутников, кноссцев. «Молитесь во время гекатомбы, и простится вам, - сказала Петра, - а поможет ли молитва этой олимпийской дуре, не знаю». «Невежа! – сказала олимпийка, - называй дурой свою служанку или дочь!» «Нет у меня ни дочери, ни служанки» - ответила ей Петра. «Сына своего тогда зови дураком!» - продолжала нечестивица. «И сына теперь у меня тоже нет», - мрачно завершила Петра разговор. Гекатомбва началась. На площадь выводили быков, которых кносская царевна Евгения raila_sai резала, как курят, взывая к Посейдону. Вдруг компания приключенцев снялась и вышла из города. Царица отправила следом за ними своих людей, образумить и вернуть – напрасно. Один за одним, посланники возвращались ранеными – отступники проливали кровь сограждан. По их вине жертва могла быть отвергнута. «Отреки их!» - сказала Петра царице ilaria88. - «Изгони их, иначе всё напрасно!» Царедворец Мирон k_r_o_l_l, стараясь не поскользнуться на кровавых лужах, вышел к пылающему на площади костру и провозгласил изгнание. Петра поспешила к стенам города и увидела кноссца и отречённых. «Возвращайся, - крикнула Петра, - брось этих ксеносов!» «Я обещал царице привести их» - отвечал воин. – «И не вернусь один». «Вернёшься! Ты обещал привести кноссцев, но не ксеносов. Спеши в город! Они отречены!» «Они истекут кровью здесь, на дороге» - тихо сказал воин. «Судьба ксеносов разве волнует тебя?». «Нет».

Гекатомба была завершена. Началась мистерия. Царь Кносса дал зарок, что зверь Илионский не войдёт в город. Круги жертвы были совершены, кровь пролита, никто не умер.


Лирическое отступление. О страхе

В первые пару дней часто слышала хохму: «В Элладе боятся двух полисов – Олимипии и Кносса. Олимпии понятно, почему. А Кносса – потому, что не понятно». Первая же вооружённая стычка показала, что бойцы у Кносса были так себе, но воевать напрямую с ним никто не вызвался. Зато критяне успели принять участие в большинстве вооружённых конфликтов на стороне Микен, в перерывах утюжа монстров, которых в окрестностях Крита немало. Немало-то немало, только ходить на них из ксеносов регулярно отважился только очередной хозяин артефактного плаща, одержимого идей всемирной славы. Не знаю, в каком полисе каждый второй не только мечтал испустить дух на алтаре, но и давал зарок отдать жизнь по первому требованию. Зловещий дух фатального исхода реял над мрачными фигурами критян, пугая впечатлительных ксеносов настолько, что они и приветствовали-то кноссца не без опаски: вдруг тот решит немедленно принести себя в жертву, и встречных заодно. Более того, критян боялись сами критяне. Вот, Петру, например, боялись, - это я точно знаю:)

Пятница

Следующий день Петра начала в пустом неприбранном доме. Сын погиб, невестку – вкупе со всеми вероятными осложнениями, - отправили восвояси. Кроме того выяснилось, что боги не имеют претензий к убийце сына, который не только был судим на Самосе, но и был проклят. О снятии проклятия молил он Посейдона, и тот помог, приняв клятву убийцы в том, что он будет служить Кноссу весь день. По стечению обстоятельств, убийца, Протей, gans_miller оказался хозяином Плаща, и Петра, немного зная о природе странных вещей, решила мотивацию убийцы видеть в одержимости, которую якобы сообщал своим хозяевам Плащ.




Лирическое отступление. НЁХ.

Открыла для себя новый термин: НЁХ (неведомая *банная *уйня). Именно так именовались между собой некоторые артефакты. На игре существовало несколько предметов, попавших в Элладу из погибшей Атлантиды. Один из этих артефактов Петра знала , - впрочем, не она одна, – хозяева Плаща вели себя согласно мании предмета, геройствуя и прославляя своё имя любым доступным способом. О существовании других она только догадывалась. Она также знала, что гнусную игрушку много раз пытались уничтожить, но напрасно. Петра подозревала, что Плащ мог быть подброшен титанами на горе людям. Однако, нынешний хозяин плаща её вполне устраивал – он был на виду, в Кноссе, что давало возможность наблюдать за ним, занимаясь поисками решения «проблемы Плаща»(tm). Атлантские арфтефакты имели предметное (плащ, чаша, стрела, сеть, свиток, гребень) и человеческое воплощение. Каждый предмет был одержим страстью, доведённой до мечты. Плащ, как было сказано, искал славы, Сеть el_lagarto желала смерти пятерых отпрысков богов, Чаша служила жизни, Свиток создавал общество "Знание", народный лекторий и академию наук. Предметы могли по собственному желанию теряться в надежде найти человека. способного осуществить их желания. Также они обладали волшебными свойствамии и, кроме того, могли спасти жизнь своего владельца. Заключая договор с владельцем, они исполняли свою часть, требуя взамен выполнения своих желаний - баш на баш. Со временем предметы вызывали у влвдельцев жёсткую зависимость, псотепенно изменяя его личность. Позже, анализируя природу этих предметов, Петра предположила что 1. человек не может владеть двумя предметами 2. владельцы предметов привлекают внимание титанов. 3. Ничем хорошим это внимание не светит.
Между тем, долг велел Петре отправиться в Дельфы, чтобы отблагодарить царя за подаренную маску. Ближе к вечеру она собрала старые кости и отправилась в путь. Придя в город, Петра зашла к ювелиру и оставила ему материалы для создания серег поистине царской красоты. Они быстро сошлись с ювелиром в цене, и вот, старуха вышла на площадь. В толпе увидела она царского советника Агатона. «Хайре, почтеннейший!» - сказала она ему. – «Я пришла поблагодарить твоего царя – заказала серьги для него у ваших мастеров и вручу их ему вскоре». «Хайре», - упавшим голосом ответил архонт Агатон. - «Я рад. Пожалуйста, возьми вот это» - он протянул Петре неопрятный свиток. – «Возьми и унеси из города». «Унесу.» - ответила Петра, завернула свиток в гиматий и направилась к городским воротам. «Хей, я с тобой!» - увязался за ней следом мужичок, по виду самеянин. «Ну, что ж, иди. Вдвоём веселее.»

Так в руках Петры оказался всеведущий свиток Афины – он же свиток Прометея igor_ptah. Очень не спеша, жалея избитые ноги, шли Петра и её спутник по дороге, удаляясь от Дельф. «Это я, свиток Афины, говорю с тобой», - сказал самеянин. «Пообщаемся?» «Что ж не пообщаться, давай, поговорим». «Я знаю всё, и, если ты заключишь со мной соглашение, ты найдёшь ответы на все свои вопросы.» Петра обернулась, чтобы посмотреть, не спешит ли следом советник дельфийского царя. Того не было видно. «А что за договор?» «Я буду отвечать на твои вопросы – несколько вопросов за день. «Это хорошо» «Я также могу спасти тебя, сделав невидимой и неосязаемой, а потому, неуязвимой для любого.» «И это хорошо». «И за это я буду просить тебя сделать что-то для меня, и ты не сможешь отказаться». «Что ж, это справедливо». «Так ты согласна?» «Давай пока просто поговорим.» Так они шли рядом, беседуя. И очень скоро поняли, что не имеют ни малейших разногласий. Их взгляды на страсть, рок, мироздание и гигантомахию полностью совпадали. «Раз так, не хочешь ли ты заключить со мной соглашение, Петра?» «Ну, что ж. Почему бы нет. Я согласна.» «Ура!» - возликовал Свиток, - «Твой первый вопрос?» «У меня пока нет вопросов. Давай-ка поговорим.» «Давай! А ты в курсе, что всё, что знают о звере Илионском, знают через меня?» «Ах, какой ты полезный!» «Да, вот, о чём спрашивали меня люди…»

Как сказал Свиток, в Дельфах за ним началась нешуточная охота. Его прежний хозяин оказался на вилке – принести свиток в жертву храму Аполлона или отдать первому встречному. Первой встречной оказалась Петра. «Смотри, он придёт за мной очень скоро». «Пусть приходит» - проворчала Петра, тем временем уже гремя сковородками на царской кухне. - «Как раз к ужину».





Лирическое отступление. О хлебе насущном.

Понятно, что я привела Птаха сразу на кухню, посадила в кресло и быстренько придумала покушать. Птах умилённо чирикал о превратностях бытия и моей бесконечной мудрости. «Что, прежний-то хозяин, хорошо ли кормил тебя?» «Щаз, кормил – я на стакане чая три раза Элладу обежал…» «Ну, ешь, - и не рассчитывай, что куда-то ещё попадёшь. Я домоседка.» «Ты, главное, вопросы задавай». «Не боись. Со мной не заскучаешь…» Не, понятно, что моя уверенность в том, что Свиток у меня не переторгуют, держалась не только на очевидной перспективе регулярного питания. Но я всегда полагаюсь на хлеб насущный. И мясо. И вино. Моё обычное приглашение в команду: «Айда, мужики - кормлю мясом, пою вином» действует безотказно. Я очень надеюсь, что Кроль k_r_o_l_l, вывезя дворцовую команду с полноценной кухней, оценил этот подход. Надо отдать должное организационным способностям Кроля – он, действительно, соответствует тому, что я услышала о нём от Лорелеи. Пару чотких товарищей ему , и будут не команды у него, - мечта.
Дельфиец не заставил себя долго ждать. Пришлось объяснить ему: что попало на Кносс, то пропало. Далее хлеб и сыр, пряный чай и яблочный сок, который был игровым вином. Дельфиец выбрал сок, начался торг за свиток. Свиток выбрал Петру. С дельфийцем же договорились по-хорошему, и уже после она сказала ему, насколько он пьян. Люди собрались на площади в ожидании, исполнится ли царский зарок, - придёт ли Илионский зверь.

И тут Петра узнала о Сети. В тот час в Кноссе собрались владельцы трёх артефактов-атлантов: Плаща, Свитка и Сети. Причём, сеть была полезнее всех, ибо могла задержать любое создание на несколько минут. К сожалению, когда зверь, вопреки царскому обетованию, явился и похитил свою жертву, сделать что-либо не удалось. И на вопрос о том, из каких букв состоит имя Илионского зверя, свиток ответил уклончиво. На мистерии царь Кносса промолчал, а младшая жрица nel_lj дала зарок отдать жизнь во имя Кносса. Не беда. Было много других достойных зароков. Опять никого не убили, хотя поводов было достаточно.

Суббота.
«Отдать жизнь во имя Кносса можно, не умирая» - занудно переубеждал Гесиону nel_lj хранитель казны kaluga_allin (ибо жрица такого качества – товар штучный), но младшая жрица неумело наложила на себя руки во имя Ареса (нашла повод), чтобы миновал город зверь Илионский, и влюблённый в неё царевич mourhoon добил красавицу, чтоб не мучалась. В тоже время во дворце жрица Гекаты прикончила царицу. На фоне творящегося беспредела проблема отсутствия третьей встала ребром. Петра не спеша обошла Кносс, посмотрела местных девиц,– и отправилась в Дельфы, дарить подарок царю - да и Свиток хотел повидать своих знакомых.

Лирическое отступление. О титанах вообще, и Прометии в частности.
Заслышав о титанах, эллины начинали метаться, как ужаленные – велик был их страх перед богами. К слову, не зря они метались – соперничество титанов и богов привело к появлению страстей и рока. Накануне описываемых событий Петра неоднократно слышала о том, что по Элладе разгуливают титанопоклонники, ратующие за освобождение титанов из Тартара, что, по их мнению, должно привести к скорому свержению богов и последующей свободе человека от рока. Кноссцев эта тема беспокоила постольку, поскольку богоборцы в поисках ключей от Тартара, по дезе Хранителей ключей, отправлялись пачками в Лабиринт, чем отвлекали кноссцев от послеобеденного сна. По этой причине, или по какой ещё, но кноссцы относились к сторонникам титанов без симпатии, а заодно и ко всем титанам, без разбора. Петру это огорчало, как, впрочем, и слухи о культе Прометея, и его алтари, появляющиеся то там, то сям. Кто-то использовал имя Прометея для совершения гнусных дел. И у Петры были все основания видеть в происходящем происки титанов-богоборцев.
Алтарь Прометея – это оксюморон. Прометей в принципе не откликался на обращения и просьбы, предоставляя человеку полную свободу действий. Петра видела в нём заступника людей и лучшего друга Геракла – что подтверждалось Оракулом. Свиток всячески пытался продвигать учение Прометея об управлении страстями и, через это, преодолении рока, но выбрал не лучший способ: он предлагал людям ставить святилища Прометея, которые позже планировал преобразовать в академии. В результате люди наставили алтарей, а кое-кто стал приносить жертвы. Свиток был фрустрирован. Тогда Петра предложила в срочном порядке переделать святилища в беседки, поставив в каждой стол и скамеечку. Обеспокоенный происходящим, Свиток умолял отправиться в Дельфы, чтобы посмотреть, как идут дела у местных сторонников учения Прометея и пообщаться с царём о переделывании святилища в беседку имени Гнозиса.
Поскольку это в принципе не расходилось с её планами, Петра зашила свиток в край гиматия и отправилась в путь. На выходе из города она столкнулась с воинственной девушкой, взявшей имя титаниды. «Это хозяйка Стрелы, одной из нас» - услужливо шептал свиток. Узнав о том, что Петра желает установить беседку имени Прометея, девушка воскликнула, что назовёт Петру сестрой или матерью. «Ну-ну,» - остановила её Петра, - «не торопись…» Началась беседа, сильно смутившая девушку и раскрывшая в ней сторонника освобождения титанов. Разговор застал кносский царевич. В ответ на предложение Петры установить у города беседку имени Геракла и Прометея, он ответил, что решит это тогда, когда появится третья жрица. «Хорошо», - ответила Петра. По дороге в Дельфы она заглянула на Самос и договорилась со жрицей Геры о том, чтобы та отправила в Кносс одну из своих посвящённых.
Святилище Прометея в Дельфах находилось в запустении. Получив у ювелиров свой заказ, Петра направилась к царю Дельф. В кратком разговоре они и Свиток нашли общий язык и обо всем договорились. Царю импонировала идея установки не алтаря, но беседки. Опекаемые Свитком жители Дельф также полностью поддержали начинание, и вскоре на окраине города появилась уютная беседка, посвящённая Гнозису (Познанию), как одному из промыслов Прометея о людях. Получив таблички Прометея и Геракла для установки их на Крите, Петра вернулась домой.
Тем временем во дворце готовился обед, Стрела и Сеть сменили хозяев – и оказались в Кноссе. Чтобы единомышленникам было, где общаться, Петра и Свиток поставили у входа в город беседку с именами Геракла и Прометея. И тут же пришло известие о том, что в беседке на окраине Дельф появилась воплощенная титанида. Она провозгласила там свой полис и ведёт беседы с людьми. Свиток возмущённо шипел о рейдерском захвате. В кносской беседке собралось общество из троих владельцев волшебных предметов, начался совет о титаниде. Все владельцы согласились с тем, что титаномахия людям не нужна. Встал вопрос о том, как отправить смутьянку восвояси. Выяснилось, что титанида заняла тело своей сподвижницы, бывшей владелицы Стрелы, что её пытались убить, но не смогли. Однако, свиток сообщил, что её можно ввергнуть в Тартар, разрушив сосуд, её вмещающий – а значит, смертное тело титаниды уязвимо. В этот момент явился кносский царевич, возмущённый не столько сборищем, сколько именем Прометея на беседке. Петра выслушала его гневные вопли о несанкционированном строительстве и попрании его веры в добро - что он говорил, уже значения не имело. Царевич повелел беседку разрушить, что и было сделано. «Дурак», - коротко бросила Петра, Свиток собрал таблички, и компания отправилась в Дельфы, решив, для начала, посмотреть на титаниду живьём.
Это им не удалось - титанида самоудалилась.

Лирическое отступление. Байки о Петре.
Большую часть времени Петра занималась индивидуальным консультированием в вопросах рока, страсти, практической титаномахии, теоретическом титановедении, природе чудовищ, а также сочиняла загадки и рассказывала сказки. До кучи она провела первую в Элладе дифференциальную диагностику:) - весьма успешно. Кносский врач делал осмотр раненых после рыбалки - и задумался. Тут пришкандыбала Петра. "Ну, чего тут думать - у них всех ожоги ядом!" "Раз ты всё знаешь, паредра, можешь ли ты определить характеры этих людей?" "А что тут определять - вот Этра, стервейшая из всех, пессимистка и параноик, страшная в гневе" "..холерик. Помедленнее, я записываю." "А это младшая жрица Посейдона, красавица, - мы редко общаемся, но у ней в голове сплошные цветущие рощи (вон, из ушей торчат), мечтательница, склонная к авантюрам". "Спасибо за помощь." "А что, про мужика не надо?" "Про мужика я сам, с эти всё ясно". Так вот. Ошибся он только с мужчиной!
К сидящей в беседке Петре подошла юная девушка и попросила совета. Она хотела отомстить владельцу Плаща, Протею-Изгнаннику, и не знала, как это сделать, поскольку Плащ надёжно защищал своего хозяина. «Разве не знаешь ты о волшебной Сети, способной обездвижить любое создание? Поймай Протея сетью и сними с него плащ. А после убей.» - сказала Петра. «О, где мне достать её?!» «Что ты мне дашь, за то, что я приведу тебя к её владельцу?» «Что хочешь!» «Принеси мне Плащ. Только возьми его сама, и принеси мне.» «Клянусь тебе в этом.» И Петра подвела девушку к владелице Сети __dada__. Охваченная жаждой мести Сеть, почуяв бесшабашную воинскую удаль, мгновенно потерялась – и обрела новую хозяйку. «Ты помнишь наш уговор?» - сказала ей Петра. «Помню, но ведь Сеть теперь моя!» «Потому и твоя, что я выполнила условие договора. Сняв Плащ, принеси его мне.» «Где же мне найти его?» «Протей служил Кноссу весь день, а нынче отправился совершать подвиг в Аид.»
Прежняя владелица Сети

Сеть покинула Дельфы с новой хозяйкой, служа орудием рока. Стрела ушла со своей владельцей и её братом в Микены. Петра, Свиток и прежняя хозяйка Сети остались в Дельфах. Смеркалось.

Наступил срок возвращения в Кносс, близился час мистерии. Напоследок Петра и Свиток смотрели представление дельфийского театра, когда они услышали знакомые слова «страсть» и «рок». Три женщины-самеянки в одеяниях плакальщиц разговаривали с бывшей владелицей Сети. Та втолковывала им учение Прометея. «Мы не знаем страстей», - пропела, блаженно улыбаясь одна из плакальщиц, - «мы раздаём страсти, не зная, почему». «Пойдём со мной в Кносс, если хочешь знать» - выдохнула Петра, - «Пойдём же, время мистерии близко!» Плакальщицы испугались - Петра вообще была страшная:), - но, не в силах сопротивляться судьбе, в страхе последовали за Петрой. «Что нас ждёт?» - спрашивали они. Петра смеялась: «Вот уж никто вам не скажет! Возможно, это ваш конец. Возможно, это начало.» «Кто мы?» «А ты как думаешь?» «Нам говорили, что мы потомки атлантов. Нас всегда трое, если одна пропадает, то покровитель посылает нам новую новую. Оплакивая усопших, мы снимаем с них страсти и раздаём тем, кто жив, сами же страстей не имеем.» «Эй, Свиток, я желаю спросить тебя.» «Слушаю тебя, мудрейшая!» «Скажи мне, кто эти трое, и кто их покровитель.» Свиток затрепетал. «О, счастливейший из моих дней! Это дочери моего учителя, Прометея! И Прометей их покровитель!» «Согласны ли вы служить людям и космосу?» «Да.» «Отныне принимаете вы великое служение. В ваших руках власть над страстями, я же вручаю вам власть рока. Одна мертва, одна алкогольно реморализуется отступила, одна уходит, - трое пришли. Из смертных, вы одни можете верно определить меру рока по человеческим страстям. Облачайтесь! Время мистерии!»
Мистерия состоялась. Кносс оказался самой долгоиграющей локацией.

интересно