введите 3+ символа
ничего не найдено
RU

Митлянский Филипп Максимович (Tancred II von Quenelles)

Функции

Адьютант маршала Империи МеноКаэгорна, паладин Бюрократии и высший вампир по совместительству

Событие: Ведьмак: Час Презрения
Последнее изменение: 19.05.2011 в 17:49

На ведьмак я поехал, так как туда
ехало очень много хороших знакомых за единственное государство, за которое я стал
бы играть – империю Света и Порядка Нильфгаард. Маршалом Каэгорном был
Астальда, мы же с Денисом поехали его адъютантами из кадетского корпуса. Меня
звали Фридрих фон Вайсхельм – так как у меня был покрашенный в белый шлем, его Конрад
фон Катценхерц – видимо, поэтому он в итоге стал веррысью. Помимо исполнения
обязанностей адъютантов нам полагалось поддерживать боевой дух армии, так как
мы одновременно являлись боевыми капелланами, я по совместительству был
лекарем, а Ден алхимиком. Поездка должна была быть не легкой, и на приятный
отдых рассчитывать не приходилось, так как на нас должна была держаться вся
организация порядка и эффективных действий немалого количества людей. И задач
хватало, так что о пикнике на воздухе речи не шло, так как надо было:


– Обеспечивать безопасность маршала и закрывать его своими телами в случае опасности. Мы надеялись, что это будет проще
всего, но рыцарственность нашего маршала все время доставляла лишние хлопоты.

- Главная задача была наладить взаимодействие между многочисленными командирами ведомств и отрядов. Маршалу на утверждение давать лишь финальные версии приказов на утверждение, так как офицеров было многовато для того, чтобы каждый отвлекал маршала по пустякам – то есть фактически надо было выполнять роль его заместителей. Это было не случайно. Нельзя класть все яйца в одну корзину, и держать незаменимых людей – 1 глупая и нелепая смерть - как произошло с Амбермаксом – не должна рушить все, как карточный домик, тем более, в случае Маршала Нильфгаарда – Империя на пике развития и отличается от феодального государства тем, что работает как слаженный механизм и в меньшей степени завязана на неординарной личности – потому империи, как правило, так долго угасают, если время мирное – голова отрублена, но механизмы продолжают по инерции функционировать.

- Мы были заранее предупреждены, что, если Астальде придется резко сниматься с игры (а именно это и произошло в субботу), если его убьют по игре (чего, несмотря на все его выходки, не произошло), нам с Деном надо будет либо самим занять его место, либо кого-то выбрать маршалом, чтобы все не посыпалось и все работали слажено.

- Да, основной задачей по игре было выловить Цири и не позволить соседям выбить нас из Цинтры, где мы типа должны были искать принцессу. У нас была официально одобренная самозванка, которой поехала Таня Гусева. Она должна была строить из себя Цириллу, чтобы снизить враждебность соседей и минимизировать предлоги начинать против нас войну.





Теперь я долго и нудно расскажу о том, что мне было наиболее интересно на игре – наведение порядка и эффективных действий в крупной локации и игра в Паладинов Бюрократии, которая, действительно, функционирует, способна наладить экономику, внушить уважение своим и ужас врагам) У нас было – не считая союзных подразделений белок (эльфийских и краснолюдов партизанов )вне Цинтры, Тусентцев и Верденцев 3 войсковые подразделения: Хоругвь Кантера – ребята Тигры из Ростова, который на реке Дон. Славные желто-черные ребята, их командир по совместительству должен был руководить войсками в бугуртной зоне. Хоругвь эльфов Риардайна – этот отряд, помимо кучи латников, в итоге занимался массовым террором в захваченных землях. Сборный диверсионный отряд Сашки Трейна – Тула влились приехавшие на игру байардовцы и старики с мандоса, так что с диверсантами все было путем. Ну маршал, Ден и трое бравых маршальских бодигардов, плюс мой личный оруженосец, который в конце игры стал рыцарем, ибо по вооружению соответствовал, вел себя героически и вызывал у меня белую зависть из-за луженой глотки и поставленного командного голоса – особенно в последний день игры, когда из высшего руководства армией остались только мы с фон Катценхерцем, и оруженосец орал за меня команды, которые я сипел ему севшим голосом.

Помимо этого у нас были чудесные маги и магички, которых возглавлял Амбермакс, погибший нелепой смертью в первый день, и впоследствии вышедший их боссом, но без магических способностей. 2 мага и 2 магички еще и носили доспехи и изничтожали врагов более простым способом, нежели кидание фаерболлов.

Так же у нас была разведка, которой руководил Дима Хаос, чудесный кабак, хронист-писарь, посол, и нанятый нами Бонарт, которого играл Сурт. Ну и, разумеется, чудесный госпиталь – 3 девушки, одетые в стиле сестер милосердия времен русско-турецкой, когда солдаты гибли на Шипке и Плевне. Плюс у нас была возможность сделать Маршала или одного из адъютантов высшим вампиром, но оформили мы это лишь в середине второго дня игры, и им в итоге стал не Астальда, как мы хотели, а я, что 5 раз спасло мне жизнь.

Надо сказать, что у Дена родилась идея о том, что стоило бы развести бюрократию – пропуска, удостоверения итп. Другой темой, которая была придумана – в связи с тем, что очень мы любим фильм «Огнем и Мечем» и, поскольку таки мы были капелланами, поднимать авторитет маршала. Была в фильме сцена, когда толстый и неказистый хан сидел в палатке, пожирая сладости, и отправил в бой своих янычар. Сцена ничем замечательна не была бы, если бы хану командир янычар не ответил «Да, о Венец Творения!» - это нам всегда казалось очень забавным. Видимо все, на что был способен Магомет, это создать пузатого хана с бородой-мочалкой) Было решено, что наш маршал ничем не хуже, а, возможно, и лучше хана. Так что на все его приказы мы отзывались «Да, о Венец Творения», а, так как мы были солнцепоклонниками, к многочисленным эпитетам добавились «Внук Солнца», «Луч Света в Темном Царстве», «Солнцеликий». Это помимо «Убийцапобедитель многих врагов» из 300 спартанцев – все помнят «я убью многих» и прочих подобострастных реакций на приказы маршала. Вскоре нашу манеру обращения к Каэгорну перенял весь лагерь, что несколько смущало бедного Астальду, но такова была цена за высокий статус – надо ж было это как-то отыгрывать)

Эти же эпитеты приписывались в договорах и документах, которые писались от его имени – ведь канцелярией заведовал Ден, а я ему помогал, когда мог. Договоры от имени маршала оформлялись в духе: «Венец Творения, Внук Солнца, Победитель Многих Врагов, пляшущий, подобно Белому Пламени на их курганах, Солнцеликий Защитник Империи в этом договоре подтверждает…» Подобный стиль общения и написания документов мы находили весьма забавным. Особенно забавно это было в связи с тем, что мы с Денисом решили вести себя, как верные слуги фараона, которые всегда стремятся помогать ему достичь могущества всеми способами, даже если он не понимает, что это нужно и против – так что приказы маршала мы и договоры от его имени мы нередко оформляли не совсем так, как он этого хотел – виной тому была «не правильно понятое указание», «бюрократическая неточность», «ошибка писаря» и прочее, прочее, прочее. Так что Венец Творения периодически бывал вполне намеренно нами проигнорирован – маршал и его личные взгляды – дело маршала, а бюрократия имеет свои цели и политические предпочтения. Так, если маршал считает возможным мирное решение вопросов с соседями и отпускает посла с условием, что в течение часа он вернется и подпишет мирный договор, если глава государства одобрит условия, а бюрократия считает необходимым уничтожить данное государство, так как оно опасно, да и как военные капелланы полагает, что армии надо спустить пар и повоевать… нет ничего проще, чем выслать лицензированных оборотней или вампиров, которые не дадут послу дойти туда, куда считает необходимым маршал… но об этом позже. Астальда, извини уж наше намеренное противодействие твоим приказам – мы старались делать как лучше. Порою ты бывал слишком уж мягок, мы, как и обещали, помогли тебе действовать жестче, но не считали нужным тратить время на долгие обсуждения, что лучше-просто делали так, как считали правильным. Вроде вышло неплохо к общей радости.

Так мы и поехали на полигон на машине Хальдара, который был нашим шпионом, учеником в колледже магии Бон Арда, Полинкой, которая была одной из наших чудесных магичек и Сейдом, который был каким-то наемником. Ехали мы как туда, так и обратно весьма весело. Особенно весело было ночью по лесу рассекать на его вездеходе и горланить всякий зубодробительный металл. Отдельно от нас ехал Обиван со своим отрядом эльфов-белок. Из-за наших проблем с таймменеджментом и друзей-белок мы опоздали по графику и приехали в темноте. Это поначалу вогнало меня в некую паранойю, так как кроме Строри, которого я помнил по Мандосу, но особо с ним не общался- так, здоровались и все вроде (зато на игре я и Денис с ним хорошо пообщались, хоть он и звал нас ляхами в шутку), Астальды и Клена никого не узнал. Спустя пару часов приехала группа народа, разговаривающего громко и на мате – это приехал Томский со товарищи, что меня весьма обрадовало. Томский привез историю об опиздюливании охуевшего негра в макдональдсе и проявил паранормальные способности в ночь после парада. Как рассказывал Ден, Гер Томский обладает поразительной способностью при хождении по лесу ночью в нетрезвом виде преодолевать материальные объекты, такие как бурелом, кустарник и прочее, проходя сквозь них, в то время как простой смертный вынужден с матом ломиться через всю эту поросль. Томского мы назначили Чемпионом Империи (о необходимости такого человека я заявил еще на командном сборе, так как опасался, что Астальда клюнеит на вызов, в котором его могут попробовать подло убить) - чтобы маршал и другие офицеры не гибли в рыцарских поединках, чем могли навредить общему делу, мы завели чемпиона, который обязан был выступать в поединках чести за наших офицеров – мы не могли себе позволить терять тех, на ком держалась вся система взаимодействия армии. Томский как нельзя лучше подходил для этой цели.

На утро началась тупка, постепенно подтягивались Трейн и ко, через день подкатился Блеки. Я проеб Полинины кинжалы во время чиповки оружия, они так и не нашлись. Мастер по магии не дал в итоге нам с Денном кастовки, так что обучение в кадетском корпусе на спецкурсе военных капелланов нам пришлось отыгрывать по жизни, против чего мы не особо возражали. Зато мне пару раз пригодились знания медицины, но с нашим чудо-госпиталем и без меня б все справились. После парада вяло началась игра. Поскольку планировалось устроить жесточайший орднунг, в лагере осталась пара магов, чтоб снимать метки телепорта, которые могли поставить северные гости, а все остальные отправились гулять. Наши маги понаставили меток в крепостях соседей, чтоб не остаться в долгу. Только вот дикие и неотесанные нордлинги не следили за тем, чтобы чужие метки уничтожать, из-за чего пролили немало слез.

Когда наша веселая кампания разделилась, в то время как Томский демонстрировал Дену паранормальные умения, мы с Бонардом шароебились в других местах и умудрились заблудиться среди трех сосен. Привело это к забавной встрече с монстрами. Тут надо заметить, что по дороге на игру мы с Деном и нашими спутниками говорили о всякой херне, в частности обсуждали грядущую игру… или до отправки на игру это уже было, не помню. Тем не менее, мы с Денном начали обсуждать, чем заниматься на игре и решили, как уже сказано, устроить жесткую бюрократию и поиграть в паладинов-бюрократов. Ден придумал тему, что монстр не может убить паладина бюрократии, так как у него нет регистрации, а магия на паладинов не действует, так как на нее нет разрешения. Так мы стебались-стебались, да и решили претворить это в жизнь – что сослужило огромную службу Империи и многим игрокам. Зачем нам была нужна дурацкая игровая кастовка, когда мы сами создали свою особенную, бюрократическую магию?)

Итак, мы с Суртом нарвались на трех монстров. Я предложил им ультиматум, вместо того, чтоб там бежать от них или драться . Ультиматум был прост – либо они сами и все монстры, которых они встретят – и получат тот же ультиматум через них – с утра начинают подтягиваться в Цинтру и проходить регистрацию, сдавать маткомпоненты магам и верно служить Империи, за что их вносят в Красную Книгу как редкие и полезные виды, они получают защиту и жалование, либо их признают вредоносными паразитами и на них будут организовывать облавы. Так и разошлись.

Наш расчет на то, что неотесанные нордлинги не договорятся в первую ночь о совместном утреннем штурме оправдались, и гутенморген пошли говорить мы. Но об этом чуть позже. На параде мы все горланили, чтоб боевка начиналась как можно раньше. Народ, посещавший нашу крепость в первую игровую ночь покидал ее с нужным нам впечатлениями. Так как мы рассчитывали вести наступательную войну, крепость была построена хорошая, но не неприступная. А ворота были нараспашку открыты и без караула. Особенно меня умилила парочка - знатная дама и рыцарек, шедшие от нашей крепости и обсуждавшие, что при таком раздолбайстве они нас всех о как и часов в 12 вынесут, пока мы будем просыпаться с похмелья. Были и менее одиозные заявления, но в том же ключе. Проблема в том, что позор Речи Посполитой и шляхта пьяная были скорее у диких нордлингов, а не у нас. Так как мы благополучно собрали командиров белок – в частности Снежных Барсов – охеренных эльфов в черной одежде и шлемах как у гондорцев из фильма Властелин Колец - вид у них был еще тот, это была самая мощная боевая единица союзников белок наряду с головорезами Риардайна. Как и планировалось еще в Москве, был назначен сбор всех союзников в Цинтре за час до боевики, что было подтверждено в первую игровую ночь. Ведь армии надо было воевать, а делать это лучше с утреца пораньше, пока люди не устали и готовы на всяческие подвиги. До игры мастерами были выданы шевроны всех государств – типа мы могли совершить нападение на одно из них по легитимному предлогу.

Выбрана была Тимерия – у них была не достроена крепость. Мы пришли к их крепости и в ультимативной форме маршал потребовал капитуляции под угрозой штурма, так как на наших границах было совершено нападение – и как доказательство выдал шеврон тимерийской армии – наше легитимное право напасть на 1о государство. Надо сказать, что уже с этого момента начались сложности с маршалом, на которые мы с Деном не рассчитывали. Маршал, как оказалось, имел дурную привычку ломиться впереди армии и убивать врагов вместо того, чтоб это делали солдаты. Так что приходилось его все время оттаскивать. Король Тимерии решил капитулировать, так как не считал себя способным обороняться. Его и фон Катценхерца телепортнули к нам в Цинтру для подписания договора. Естественно, невольным союзникам пришлось отдать нам все деньги и чипы на оружие, что надолго лишало их боеспособности. То же происходило и с другими государствами, которые мы покоряли силой оружия, но не дипломатии.

Заодно мы вырезали отряд из лирийцев-ривийцев. Имевших наглость с неочипованным оружием ходить по полигону и бросать нам непонятные ультиматумы. После чего армия направилась к государству, нанесшему оскорбление Империи. Мы устроили гутенморген крепости Лирийцев и Ривийцев – она была весьма внушительна и вызывала наше уважение смешанное с опасением. Проблема защитников была в том, что часть их армии – человек 10-15 уже клевали вороны, и, в отличие от нашей локации, где маги стирали метки чужих телепортов, враги проявили безалаберность. Штурмовой отряд Трейна через телепорты был переправлен в город, вырезал на воротах охрану и открыл их. Крепость пала быстро.

Надо сказать, что еще до игры с мастерами была договоренность о том, что, если мы вырезаем под корень локацию и срываем ее с лица земли, то, проплатив денег, можем заселять ее переселенцами из империи. Это делалось для того, чтобы игра не сводилась к штурму каждой крепости полигона 10 раз на дню, так как погибшие в следующей жизни выходили уже колонистами из Нильфгаарда или его солдатами. Так что население было вырезано под корень, и лишь королеве Меве и немногим ее подданным удалось спастись. Увы, как выяснилось несколькими часами позже, мастер мертвятника забил на все болт. Мало того, он выпустил всю локацию «в прежних ролях», словно штурма и не было и никто никого не вырезал поголовно. Еще более удивительно было, что оставшийся в городе отряд белок был вырезан вернувшимися через тайные ходы - которые, как и крепость, были стерты с лица земли – неожиданно воскресшими ривийцами. Пришлось нашей армии повторно брать Ривию (в этом штурме я уже не участвовал, так как после первого направился в наш лагерь в Цинтре). Самое смешное, что крепость вновь была взята через телепорты - неотесанные нордлинги не хотели учиться на своих ошибках. Стоило армии покинуть территорию – ее во второй раз заняли воскресшие ривийцы, приславшие девочку-посла на переговоры посреди ночи. К ней я еще вернусь, а пока я телепортом отправился в Цинтру.

Гер фон Катценхерц не терял времени даром и уже начал закладывать один из столпов непобедимости Империи. Сурт, который играл Бонарта, с утра пошел вербовать монстров на службу нашему государству, фон Катценхерц требовал лицензий на использование магии, лекарских способностей, алхимическую деятельность со всех, кто посещал Цинтру и не являлся гражданином или союзником Империи – то есть эльфом, низушком или краснолюдом на начало игры. А за лицензию надо было платить. И стоила она 5 монет – пиво и хорошая порция еды в нашей таверне. Так что, к тому времени, как я пришел, кабак уже начал работать, а кабатчики возрадовались, так как в определенный момент подумали, что экономика работать не будет, но все наладилось.

Одной из причин для их опасений было то, что армия питалась в кабаке на игровое жалование, которое выплачивалось из казны, и кабатчики боялись, как бы им просто не превратиться в поваров. Так же он начали несколько напрягаться, когда мы заявили, что берем в кредит чарку за чаркой пива. Нам адски хотелось пить, так как полигон был ужасно пыльным, пыль забивала глотку, палатка и вещи все были в пыли, а горло чем-то смачивать надо. Да и безденежных послов, королей, магов и монстров тоже решили угощать – чтоб продемонстрировать, как хорошо живется в империи и свое превосходство. Поначалу пиво бралось в кредит у кабатчиков – мы внаглуюзаявили, что адъютанты маршала и он как вернется все оплатит (что и произошло, хотья глаза Каэгорна поначалу округлились из-за растраченной нами суммы). Однако, экономика у нас заработала довольно быстро – к облегчению кабатчиков и всех нильфов - спасибо Фейке, которая была, пожалуй, лучшим регом из встречавшихся мне на играх. Спасибо стоит сказать и союзникам краснолюдам. Мы с фон Катценхерцем попросили их старейшину стать министром экономики Цинтрийского округа и инкорпорированных земель, и он милостиво согласился, а маршал утвердил кандидатуру. Краснолюды вообще оказались молодцами, не только воевали на нашей стороне, отстроили Поцелуй Империи, занимались экономикой Цинтры и своей, но и поднимали экономику союзникам. Цены в кабаке так и не выросли и оставались такими же, как и в начале игры, а это чего-то да стоит, значит, экономика была стабильной. .

Но вернемся к лицензиям, полученные деньги с которых делили между собой Катценхерц, я, и писарь, которому я в свободное время надиктовывал хронику событий в стиле Петра из Дусбурга – оденского хрониста, написавшего наиболее идеологизированную версию истории ордена для своего времени (увы, она размокла под дождем после третьего или второго штурма Лирии). Эти деньги, которых мы получали, к своему удивлению, в огромных количествах, тратились несколькими способами:

- на еду для себя

- на представительские расходы – всякие послы, дружелюбно настроенные граждане из чужих государств, короли, и прочее кормились за наш счет в кабак. Это весьма удивляло диких нордлингов, у которых экономика не работала, фразы из серии «так вот она какая, Империя» после угощения за счет государства в кабаке. Иноземные министры финансов, у которых денег было меньше, чем у наших солдат перестали удивлять лишь к концу игры, и мы не переставали им участливо сочувствовать, рассказывая о преимуществах службы Империи – конечно, сочувствовали мы так, чтобы высокомерие и чванливость имперских чиновников по отношению к недоразвитым государствам соседей была заметна собеседникам. Особенно весело было проставляться угощением магам или монстрам, с которых мы только что стрясли, возможно, их последние 5 монет – считается, что чиновники обдирают людей как липку – возможно, но мы драли деньги лишь с тех, кто еще не зарекомендовал себя полезным для Империи.

Так же мы 1 раз проплатили армию на свои деньги и выдавали жалование солдатам, когда поступления в маршальскую казну задерживались, а еще выдавали премиальные тем, кто выполнял наши спецзадания. В частности, у нас были добровольцы-дружинники из хоругви Кантера, которые приводили к нам магов и прочих обладавших неординарными способностями людей на лицензирование и получали часть денег в вознаграждение. Они приводили нам магов, знахарей и прочих умельцев, ходивших без регистрации и просто личностей подозрительного вида, за что мы стимулировали добрых милиционеров либо частью денег, содранных с лицензирования, либо из своего кармана.

Наибольшую пользу нам принесли лицензированные монстры. Их мы массово вербовали, как и других полезных империи личностей массово и не взирая на внешность и сущность – ведь, как проповедовали мы с фон Катценхерцем : «Нам все равно, кто ты – никчемный человечишка, отсроухий эльф, сопливобородый краснолюд, кровосос-упырь или вшивый оборотень. Пока ты служишь Пока ты верен Империи, кем бы ты ни был, она будет тебя защищать. Как только перестаешь это делать, ты становишься вредоносным паразитом, который ест еду, которую должны есть граждане Империи, пьет воду, которая принадлежит им же, ходит по их земле и дышит воздухом. А за любое из этих преступлений наказание одно - смерть». Так что мы были самым толерантным государством ни тебе расовой дискриминации, н тебе каких гетто и эльфийских погромов. Полная готовность к диалогу и готовность идти на встречу, если, конечно, говорили то, что нам было интересно и выгодно слышать.

Благодаря действиям чудищ мы получили легитимный предлог напасть на любое государство. Ведь те из монстров, которые не убивались простым оружием – а именно, вампиры и оборотни, ходили по соседним государствам и рассказывали, насколько прекрасен Нильфгаард, как разумно им управляют и прочее. Все заранее были против нас настроены и не хотели верить в то, что мы готовы к мирному урегулированию вопросов, так что достаточно было хорошо высказаться о Нльфгаарде в землях неотесанных нордлингов, чтобы подписать себе смертный приговор. Загвоздка была в том, что наших оборотней и вампиров не убивали, а выносили в 0 хитов. Потом монстры регенерировал и несли жалобы в администрацию, то есть мне или фон Катценхерцу. После чего армия собиралась и отправлялась под стены вражеского государства требовать компенсации – ведь наше государство заботилось о своих гражданах. И может ли серьезное государство позволить, чтобы какие-то дикари убивали его налогоплательщиков? Так что карали мы за хамство жестоко, ведь вся идеология была направлена на веру граждан в непобедимость Империи.

Идеология оказалась другим столпом непобедимости импери. Мы, как капелланы, не могли не следить за моральным духом армии. Вскоре никто не боялся смерти, так как знал, что, даже если он погибнет, будь он простым солдатом или даже самим маршалом, из империи выпишут достойную замену, часовщик заменит щестеренку механизма, и империя медленно, но неумолимо сотрет всех врагов в порошок и свершит свое Правосудие. Мы могли за деньги экстренно выкупать погибших из мертвятника, чем я и занимался за деньги, полученные с лицензирования, плюс во время битв у нас в тылу армии стояло несколько магов и медиков, к которым подтаскивали и лечили тяжелораненых. Еще у меня были 2 личных гробокопателя, которые не только хоронили погибших, но и иногда носили знамена вместо меня и Катценхерца и, по совместительству, были оруженосцами маршала и адъютантов. То, что наших хоронили и проплачивали более быстрый выход из мертвятника снижало время отсидки, так что – наши в мертвятнике долго не сидели. Это к недовольству наших врагов, что мол мы не ходим в мертвятник- у нас за все время именно погибло меньше 30и человек суммарно. Да еще мы наняли тимерийского могильщика с его братией - открыв им безграничный кредит и выплатив аванс за то, что, если они увидят на дороге труп нильфгаардца, эльфа или какой еще союзной нелюди, то хоронили б. у и за нашей армией они ходили и хоронили павших воинов.

Вернемся же к первому дню игры. В этот день был подписан пакт о ненападении с послом Редании и договор и союзе с Тимерией. Ее король становился вассалом и Князем империи, и получал лицензию на осуществление королевской деятельности от имени императора на территории королевства Тимерия – да, вассальные присяги в нашей с Катценхерцем формулировке, как правило, выглядели слегка унизительно. Мы не особо верили в лояльность Тимерии, но нам с ней очень повезло, о чем я расскажу нескольео позже. Вообще, чем дольше мы с Денисом играли в бюрократов, тем сильнее мы охуевали. После раза десятого, когда нам потребовалась маршальская печать, ее нам выдали на хранение. Начали требовать с послов потенциально враждебных государств денег за то, что у них нету имперской бьумаги, подтверждающей их право являться послами и сомневаться в легитимности власти их монархов – ведть патента-то, в отличие от короля Тимерии на осуществление деятельности на территории их страны в качестве короля мы не выдавали.

Осознав, что маршал ведет себя достойно рыцаря, но, порой, слишком опрометчиво для маршала, я обратился к нему с просьбой, как рыцарь к рыцарю. И убедил его подписать указ, подтверждавший то, что адъютанты обязаны защищать его жизнь любыми средствами, хотя добиться этого указа было не легко – на моем лице было написано, что я задумал что-то такое, что может не очень понравиться Венцу Творения. Вскоре он осознал, почему. Впервые он почувствовал на себе смысл этого приказа, если я не ошибаюсь, когда почти в одиночку напал на нескольких провокаторов, подошедших к воротам и изрубил их с Томским. Мало того, что солдаты пороптали на то, что маршал не оставляет им работы и врагов, которых надо убивать, я пригрозил ему арестом в случае подобных выходок. Так же маршалу заранее пояснили, что приказ о защите его любой ценой отменить сможем лишь я и фон Катценхерц, так как нам решать, будет ли отмена приказа грозить безопасности Внука Солнца. Ночью к нам пришла посол Лирии и Риви и с предложением мира, прося маршала и двух охранников телепортнуться к ним в столицу. Благородный Каэгорн было согласился, но я переговоры с ним вместе проводил. Так что немедленно заявил, что он никуда не отправится и я ему запрещаю. Думаю, подобные мои выходки и громкие проповеди во время штурмов, а так же закручивание гаек, когда маршал хотел быть мягче с врагами и послужили причинами многочисленных покушений на меня, но о них позже. Итак, первый день кончился покорением Тимерии, решением, что следующие штурмы мы проводим лишь в присутствии главмастера, так как иначе нету смысла - население воскресает и все начинается снова-здорово, а нам это было не интересно. Так же ночью было решено выполнить обязательства по отношению к союзникам эльфам, которые хотели создать государство с центром в Доль-Блатане. Это означало, что королевство Аэдирн должно будет поплатиться за расизм по отношению к нелюдям.

Дополнительной неприятностью, свалившейся нам на голову, оказался ночной приход королевы Тимери. Да-да, королевы. Она принесла мне сверхсекретную информацию, узнав которую я офигел – по-другому мою реакцию охарактеризовать будет сложно. Ее августейший отец поняв, что не в состоянии навести порядок в стране, так как никто не хотел его слушать и ему было не на кого опереться, заказал наемного убийцу, чтоб тот его же и убил – эдакий утонченный способ покончить жизнь самоубийством, не наложив на себя руки, оказался успешен. А дочурке осталось завещание – полдней волей отца было, чтоб она немедленно после его смерти отправилась к нам и вышла замуж за какого-нибудь нильфгаардца, ибо уж тот-то наведет в стране порядок. Конечно, такое отношение к нам весьма польстительно, да и вполне обоснованно, но чтоб так вот! Мы долго мучались, выбирая принцессе жениха – так как каждый офицер был у на на счету. В итоге выбор пал на Лешку Михайлова, так как он не был офицером, а в том, что он сможет построить людей мы не сомневались. Так что с утра мы отправили его и его приятеля телепортом на свадьбу в Тимерию, а за ними краснолюдов, которые ударными темпами наладили экономику в стране, так что войту оставалось пожинать плоды трудов краснолюдов. Поведение поставленного нами короля и налаживание экономики сыграли важную роль в отношениях с Тимерией – часть ее населения прониклась к нам любовью и уважением, так что мы имели верных и надежных союзников. Другая часть населения оказалась запуганной и не рисковала бунтовать, в общем и целом выполняла приказы и не особо могла забивать на них. Королевство стало нашим без единой капли крови.



Я же с утра отправился с Фейкой на мастерку, чтобы отловить Джейн, дабы она подтвердила в случае выноса вражеской крепости, что, да, мы вырезали всех ее жителей, остальных выселили в империю или они могут из мертвятника выходить беженцами, но не имеют оружия и денег, и могут идти куда угодно. Пока я добирался до мастерки, мы разослали курьера-гробокопателя, который прошелся по всем государствам и объявил, что Цирилла найдена и мы приглашаем послов и глав государств на пир в честь возвращения.

Мастера мы в лагерь привели и стали ждать 12и часов, когда должны были подойти союзнички. Я заодно напомнил, что, вообще-то, у нас должен был быть с начала игры лицензированный Высший Вампир, но нам так его и не дали (у нас уже был вурдалак Обиван и Высшая Вампирша, которую он завербовал, но нам-то был нужен вампир в командном составе армии). Убедить, что наиболее логично будет сделать им Астаьду, так как благодаря маршалу-вампиру, столетия ведшему армии к победам империя должна была процветать (ну, она у нас в многом и процветала благодаря сверхъестественным созданиям на нужных местах), тем более, что, в качестве политического жеста, на момент начала игры голова маршала, захватившего Цинтру, была отрублена, не удалось. Так что повысить уровень выживаемости маршала увы, не вышло. Катценхерца вампиром делать тоже не захотели, и решили, что вампиром буду я – что же, в Ведьмаке вампиры – вполне позитивные персонажи, кровь они пьют исключительно для того, чтобы получить приятные ощущения сродни тем, которые смертные получают от хорошего спиртного. То, что вампир служит Империи уже 300 лет, как утверждал сертификат, показалось мне весьма логичным. Я решил, что, понимая опасность конца света от Белого Хлада вампир вполне мог выбрать некое государство с подходящей религией, поклоняющейся теплу и опасающееся конца света от глобального похолодания (так он виделся автором книги Ведьсак). Так что у вампира были не только основания истово присоединиться к культу, но и служить на благо государства в надежде, что, если оно захватит всех, кого можно и направит ресурсы на изучение того, как с Хладом справиться, можно будет неплохо жить в большой империи и получать удовольствие. Видимо, мой вампир был представителем тех, кто лоббировал нильфгаардскую версию толерантности по отношению к нелюдям – что я и делал всю игру, еще не будучи формально кровососам, ну и добивался до этого наращивания агрессивности в культе и мессианские идеи и добился успеха, раз уж император развязал войну за спасения мира от конца света – собственно, для этого-то и нужно было найти Цири, если верить автору книги, по которой была игра. Катценхерц, узнав о моем качественном перевоплощении времени, и его, в благодарность за бесплатное лицензирование, поцарапал оборотень. Так что он стал хаджетом веррысью, ходил, мяукал и требовал валерьянки, чтоб его чесали за ушком.

Нам пришла информация, что отряд белок был разгромлен под Новиградом и отступил. Так же была приведена пленница из культа Вечного пламени. Для меня – жреца Белого Солнца и фон Катценхерца – жреца Белого Пламени, эта пленница оказалась весьма интересной, и мы не могли не расспросить, в чем ее доктрина. Доктрина ее, на мой взгляд, оказалась еретической, ибо они проповедовали расизм и желали истребить всех нелюдей. Мне это не нравилось не только как вампиру, но и как тому, кто не хотел прихода Белого Хлада – ведь в пророчестве вполне четко говорилось, что, если прольется Старшая Кровь – угнетаемых и вырезаемых культистами эльфов, в частности, то придет Белый Хлад. Так что пришлось ей закончить жизнь на дыбе, к радости нашего палача, который сделал пыточную камеру, а пытать и казнить в ней было пока некого.

Окрыленные победой над белками союзники умудрились сколотить коалицию, и к нашим стенам направилась армия Каэдвена, добровольцы из Ривии-Лирии, ну и прочие враги Империи, которых хватало. Но, так как дикие Нордлинги мало понимали в организации, серьезной коалиции им сколотить не удалось. Пока их армия шла к нашей крепости, а мы надеялись, что к нам успеют подойти союзники до штурма, так как гонцов им разослали, у меня попросили политического убежища несколько девочек. Плюс к нам затесалась пара наемников. Это мне не особо понравилось, так что я отрядил нескольких человек, чтоб они следили за 2мя наемничками во время штурма. Долго ли, коротко ли, начался штурм. Во время штурма, те самые 2 наемника попытались вырезать наших медсестер, что привело меня в бешенство. Это им не удалось, благо за ними следили, и один из наемников в тяжране с 2мя сестрами милосердия – был отправлен в медпункт – кстати, помимо чудесной магически-алхимической лаборатории у нас был лазарет, в котором

Можно было чудесно отдохнуть и попить донорской крови. Палач для пленника не понадобился – я подождал, пока он придет в себя – штурмующие, тем временем, выносили ворота под градом стрел – так что знамя я спокойно передал гробокопателю. Как только неудавшийся диверсант выжил, я его зачармил и он мне ответил на все вопросы – выгодной стороной бытия вампиром является способность гипнотизировать. Оказывается, его наняла одна из просивших убежище девочек, он ее не знал, но я узнал ее по описанию того, во что она одета. Кстати, пленника я поблагодарил и выдул из него всбю кровь – ну я ж вампир. Штурм вяло продолжается, подхожу я к девочке, кладу ей руку на плечо и говорю чарм. Ее соседки пытаются возражать и поднять крик-то же самое. Поясняю, что они смотрят на меня влюбленными глазами и полностью мне подчиняются. Тут сзади удар по плечу и девичий голосок говорит мне, что я оглушен – я ее чармлю, достаю сертфикатик. В котором написано, что вампиры не могут быть оглушены. Начинаю выяснять. Оказывается, девочки, и правда, попали в своем государстве в опалу и решили вернуть себе милость государей, устроив диверсию. Воистину, большинство нордлингов не только дико, но и глупо. Ибо на тот момент было более чем ясно, что победа за Нильфгаардом. Тву же всем было известно, что империя очень неплохо благодарит тех, кто на нее работает и лоялен. Чудны дивные девочки иже с ними. Их я, кстати, всех подряд осушил от крови до капли и отправил к мастеру, отслеживавшему трупы, но одна из них решила не умирать и растрезвонила по полигону, что я – вампир – об этом мне впоследствии рассказал Хальдар. Павших с нашей стороны не было, а вот враги с потерями отошли от крепости восвояси.

После подобных безобразий со стороны врагов Империя не могла не нанести свой «Ответный Удар». Тем более, что к Цинтре подоспели эльфы Снежные Барсы, верденцы и Краснолюды. Краснолюды пришли не с пустыми руками, а с тараном. Это было не просто бревно, а по всем правилам сделанный таран – с ручками, с прикрытием от серел и чулесным рисунком в виде готовых поцеловать губ. Так что таран я окрестил как «Поцелуй Империи», и название прижилось. Армия двинулась в сторону Аэдирна – рассадника расистов – дабы вознаградить союзников-белок за верную службу Империи. Мы подошли к крепости, но маршала мы с Катценхерцем на переговоры выпускать не стали. Я зачитал ультиматум, в котором обвинял Аэдирнцев в преступлениях на почве расизма, отсутствии имперского патента на королевскую власть у их короля и потребовал немедленной капитуляции от лица маршала, на что получил отказ. На что я ответил фразой одного знаменитого испанца «Тогда ваши глаза выклюют вороны». Войска начали тараном выламывать ворота, а я орал про то, что пламенный «Поцелуй Империи» страстен и ужасен врагам, что Империя неумолима и ее враги будут наказаны ну и прочее, что полагается боевому капеллану. Да, мы с фон Катценхерцем словили несколько стрел, которые предназначались Венцу Творения, так как он все время выбегал вперед, чего делать ему не стоило, и мы его оттаскивали за передовую. Не будь мы вампиром и оборотнем, каждый из нас имел неплохие раз-другой погибнуть за маршала, которого мы и обязаны были защищать, работая живым щитом. Когда ворота рухнули, мы с маршалом заявили мастеру, что все население локации уничтожается поголовно. Эльфам Риардайна я приказал насиловать и вырезать населения, чтоб были сложены пирамиды из черепов жителей, их женщин, стариков, детей, собак и всей живности и вокруг города был сооружен частокол из насаженных на кол. Глаза дивного эльфийского принца загорелись счастьем и он, радостно завопив «ура, мы можем убивать всех» занялся с эльфами делом. Так Доль-Блатана стала эльфийским королевством.

На обратном пути мы повстречались с Эдвином, Страдом, Ваней Белкой и ко, которые выполняли для нас спецзадания. Они предложили порушить экономику соседям и ввести в оборот фальшивые деньги, выдав нам огромное количество монет. Мы с фрн Катценхерцем решили, что пусть это будут деньги оккупационного правительства, подписали указ о оом, что деньги должны признаваться настоящими, но старались изимать золото и серебро в нашу казну, а условные знаки вливать в чуую экономику «Доллар, доллар, доллар! Грязная зеленая бумажка!» Я нес корону и знамена переставшего существовать государства, когда выяснилось, что в плен попал их король. В Цинтре я и фон Катценхерц еще раз зачитали ему приговор и он был обезглавлен, а не посажен на кол или просто зарезан, как большинство его подданных – все-таки король… Заодно я убедился, что ролевик из меня – говно, что меня вовсе не огорчило, так как на празднестве, в честь нахождения Цири, которая затем отправилось на свадьбу и коронацию в нашу игротехническую империю, должен был быть мажордомом, и отвратительно справился с этими обязанностями – а я сразу предупреждал, что этого я делать не хочу и пеняйте на себя.

После этого мы отправились восвояси. треклятой Лирии-ривии. Я вновь зачитал перед стенами ультиматум, затребовав немедленно выдать военных преступников, нарушивших перемирие и штурмовавших Цинтру с Каэдвенцами, но королева Мэва отказалась от конструктивного диалога, и я, пообещав, что их глаза выклюют вороны, отправился к маршалу, который объявил о начале штурма. Штурм был тяжелый и не без осложнений. Поскольку телепорты запретили, мы, хотя и могли переправить через стены штурмовую группу при помощи умеющих летать меня и еще нескольких вампиров, делать это не стали, дабы не было разговоров про Читы и всякого, о чем имеют свойство плакаться проигравшие. Тому, что крепость брали долго, способствовали ворота, об которые сломался Поцелуй Империи, и лишь огромное сосновое бревно, которым оперировали около 20и человек. Ито, после того, как его заточили, смогло вынести ворота - а ворота выносили не меньше сорока минут, если не час с лишним. Во время штурма какой-то лирийский умник решил поссать со стены на осаждающих, за что охуевший поплатился, так как Томский отвесил ему царских люей. Я с Катценхерцем подьадривали армию проповедями, немалую роль в которых занимала герадльдика – дело в том, что знамена Лирии и Ривии изображали, видимо, орла – но орлом мы считали орлов на наших знаменах Западной и Восточной Пруссии, которые я на всякий случай прихватил собой – и очень правильно сделал, так как у нас было всего одно, а для армии необходимо было 3. Так вот, вражеского орла мы восприняли как петуха, ибо петух лучше гармонирует с бубновой мастью на белом поле. Мы опять словили несколько стрел за Венца творенья и под конец отпустили его поорудовать тараном – в данной ситуации на ход боя это не повлияло бы, а жизнь или смерть маршала на исход войны не повлияло бы, так как итак все было ясно. Маршал таки словил тяжелое ранение, но его на себе вынес и отлечил низушок , которого играл Игнат - низушки были вообще хорошие, он вылечил и наших медичек во время диверсии, и их община регулярно спонсировала нашу армию. Ворота пали, армия вломилась штурмовать вторую линию обороны, получив приказ не убивать, но всех валить в тяжран. Тем временем, я низверг петушиное знамя со стены под лавку и над крепостью зареял имперский орел. Меня фотали – я хочу эти фоты. Затем я принес трофейные знамена и поверг их к ногам маршала, после чего потащил таран к второй линии обороны, которая вскоре пала. Все население было собрано, хотя королева с бодигардами вновь бежала. Местная графиня или баронесса и ее камеристка получили от мня помилование за то, что и до этого сотрудничали с империей, остальному населению был прочитан приговор, из их голов сложили пирамиды, многих насадили на кол - в общем, обещание про воронов было сдержано. Локация была срыта с лица земли, перепахана, выжжена фаерболлами и посыпана солью. На утро Блеки устроил там концлагерь для военнопленных и наводил порядок среди мирных имперских поселенцев, которыми вышли из мертвятника Ривийцы. Жаль, что Мэва сбежала и с наемниками вырезала наших колонистов, среди павших был и Блеки, который в одиночку убил многих, но их было слишком много. В итоге земли Лирии и Ривии засадили лесами союзные нам духобабы из Брокилона и территория стала заповедником для монстров из Красной Книги, так что там на конец игры жила штурмовая бригада вурдолаков и прочие лицензированные создания. Надо сказать, что Ривийцы проявили себя, мягко говоря, неадекватно – один из них, будучи уде добитым, вскочил и попытао=лся зарезать маршала, крича, что ему похер на правила… и опиздюлился. Другой с пожизневым топором требовал, чтоб отсюда валили, иначе он всех перевалит, ибо мы не имеем право их побеждать или что-то типа того. Его опиздюлил Томский.

Отдельным моментом, достойным внимания и затянувшимся на 2 дня отношения с Реданией. Представители этого чудного государства умудрялись сваливаться мне на голову как раз в тот момент, когда у меня появлялась надежда отдохнуть в кабаке или лазарете, но нет же, они, подобно назойливым мухам, не давали мне вздохнуть свободно. Самой назойливой мухой был не реданец, а какой-то барончик из Тимерии, который увидив, как я массово вывел из сторя 4х девочек возгорел мечтой стать вампиром и клянчил у меня, чтоб я его вампиром сделал. Видимо, книги он не читал, так как там черным по белому написано, что вампирами не делаются, новых не может появиться и их строго фиксированное количество, которое постепенно уменьшается – гибнут. Я вот не могу понять – если для него признак крутости – убить 4х безоружных – ну с 1м кинжалом девочек – он надеялся вампирской магией убивать нормальных воинов – видимо, инстинкта самосохранения у него нету и он не просчитывает, что можно получить по морде мечем, ну да хрен с ним. Вернемся к реданцам, вернее, в основном, к реданкам. Ко мне 5 или 6 раз обращались с просьбами следующего характера. «Я знатная дама такая-то. Я очень люблю Нильфгаард и хочу, чтоб он захватил Реданию. Захватите Реданию и посадите меня на трон, я буду вашей верной союзницей». Это пиздец. Отдельного внимания заслуживает девочка, узнавшая, что среди нильфов есть вампир и как он выглядит – она подошла ко мне с такой-же телегой, добавив туда, что безумно в меня влюблена, хочет, чтоб я сделал ее вампиром, захватил при помощи нильфов реданию, сел там с ней на трон, убил императора и создал ИМПРИЮ ТЬМЫ! Блять. У меня нет слов. Она, видимо, тоже не читала сапковского. А, да – чего она ожидала и на что рассчитывала я не очень понял, но кровь я из нее выпил всю – видимо, этого? Совсем поздно вечером к нам подошла пятая или шестая по счету представительница этого чудного государства. Мы уже поняли, что воевать с ними нужно не будет - я всем отвечал отказом и нежеланием лезть в чужие дела, чтоб девочки, алчущие власти, не дергали маршала попусту. И тут – о чудо – вменяемый человек. Вменяемость определилась очень просто – девушка оказалась представительницей армии, которая страдала от толчкоинтриг типа раливой знати. Еще важным доводом в ее пользу было то, что у нее был хоть какой-то план по захвату власти и люди. Так как все предыдущие интриганки на вопрос – ну как вы планируете это сделать – отвечали лишь мычанием и просьбой дать им нашу армию. Ага. Три раза. В итоге, не без поддержки нашей армии с утра Редания окончательно попала в нашу зону влияния.

Как видите, порядок был у нас, а дикие нордлинги, наподобие стаи макак, страдали хер знает чем. Их маги тоже отличились – каждый раз, когда к нам возвращались наши маги с магических «белых совеиов», они плакались о том, какой там зоопарк, и что кроме нескольких магов, работавших на нас и Анжея там полный ППЦ и дурдом. Да, Вилгефорца сначала ограбили а потом зарезали наши чудные головорезы из тусы Эдвина и Ко. Вильгефорц погорел на высокомерии – нефиг думать, что, если едешь пафосным мегамагом, тебя никто не приреджет, чтобы дополнить имидж.

Посаженный нами король Тимерии оказался завербован неким тайным обществом, добивавшимся власти и попытался похитить маршала – чтоб навязать ему свои условия и видение мира. Он был близок к успеху, но попал в плен. Благодаря чарму я выяснил от него и его подельников все, что хотел, так как Михайлов уезжал с утра в Москву мы решили, что он увезен как представитель общества на переговоры в империю, а его соратника мы решили отпустить на свободу, чтоб он передал своим единомышленникам, что Империи нужны честолюбивые и мыслящие люди и она готова делиться властью за грамотную работу на ее благо.

Все развивалось очень хорошо и, хотя я жутко устал, ибо спал не больше 3х часов в день и бегал как белка в колесе, был весьма доволен успехами нашей прекрасной команды. Но мир жесток – вечером венец творенья сообщил, что покидает игру завтра с утра. К этому мы с фон Катценхерцем были готовы. Но к тому, что у нас останется всего одна магичка – Полинка, спасибо тебе, что не бросила! К тому, что в лагере останутся лишь белки Риардайна, Кантера, госпиталь, я и фон Катценхерц ни я, ни мой друг адъютант готовы не были. Это было внезапно. Каждый из высшего командования попросил нас завершить то, что он не успел, и у нам накопился нехилый список. Региональщица фейка тоже съехала, но добрая душа сделала все дела, которые от нее требовались, так что армия была проплачена с запасом и еще было денег на жалованье. Плюс наш лицензионный фонд и казна, которую мне отдал Венец Творенья. Самое плохое было то, что Цинтрийская группа войск сократилась на треть – Трейн и все диверсанты, кроме Блеки, тоже уезжали с утра. Такие пироги с котятами. Уверенность в неумолимой победе Империи несколько пошатнулась, но сдаваться мы не планировали. Последним подарком отбывающих было подчинение Редании, в то время как я вышел на охоту за королевой Мэвой, которая сколотила союз из оставшихся враждебными нам государств и вырезала колонистов на пепелище Ривии, которая в итоге стала заповедником для монстров, как было рассказано выше. Так что на утро я отправился с армией выполнять боевые задачи, а фон Катценхерц остался следить за порядком в лагере, а последняя магичка заниматься делами магическими.

Для начала, я посетил Тимерию, чтобы проверить, как там дела – дела там были не очень, так как назревала гражданская война между королевой и войтом – они уличали друг друга в предательстве по отношению к империи, но, как я понял, они просто не поделили власть, так что я разнял враждующих и отправил войта к Катценхерцу, чтоб тот удовлетворил его потребность во власти и защищать наш лагерь. Сделал я это верно – Голоса подсказали, не иначе. Так как в лагерь пришли цинтрийские партизаны – аборигены, ненавидевшие нас, оккупантов. Фон Катценхерц решил, что тимерийцы предадут и решил выпить чарку пива перед боем, в котором он один должен был сразиться против полутора десятков врагов, надеясь на то, что серебряного оружия у них нет и он отрегенерирует раны. Однако, делать этого ему не пришлось, так как тимерийцы внезапно напали на партизан и вырезали их – так что войт получил назначение на должность наместника Северных Земель Империи, ибо проявил лояльность и вообще человеком оказался сообразительным и полезным. Я же, прихватив собой часть тимерийцев отправился проверить колонистов Ривии, но узнал о резне, послал фон Катценхерцу курьера, ну а что дальше было сами знаете с этими проклятыми землями.

Я же нагнал армию и мы попробовали штурмануть Каэдвен, но сил не хватало и мы отправились к Новиграду, в котором жили еретики-огнепоклонники. Я зачитал ультиматум, потребовав выдать монахов-расистов как условие того, что наша армия уйдет с их земель, готова принять город в состав империи и дать ему много благ либо просто покинуть его земли, но преступники должны быть выданы. Увы, на стенах стояли лишь культисты, а местное население не попыталось их вырезать, хотя, как стало известно от его представителей пост фактум, монахи там всех достали и все хотели их смерти. Что же – сами себе злобные бакланы. Я, как обычно, пообещал, что их глаза выклюют вороны, и началсям. Но тут выяснилось, что с тыла подходит армия Каэдвена, так что пришлось отступать навстречу новому противнику. Нам очень повезло – выйди осажденные в крепости монахи минут на 10 позже, наша армия была бы зажата между 2мя огнями, но монахи поспешили и были перебиты благодаря Риардайну, который вовремя перестроил барсов. После почти полностью была уничтожена армия Каэдвена. При этом, судьба, отвернувшись от нас в одном месте, улыбнулась мне в другом – и я смог выполнить еще одно задание – устранить физически королеву Меву. Она со свитой была замечена, удаляющаяся в леса, когда ошметки армии Каэдвена заперлась в крепости. За ней погнались солдаты и убили ее и всю ее свиту, кроме Енифер, бежавшей на Скелиге. По иронии судьбы, убили Мэву солдаты империи, которые вчера еще были ее подданными Ривийцами, но после вышли нашими колонистами и вступили в ряды непобедимой армии Империи. Мэва, на мой взгляд, оказалась наиболее заляпанным в крови игроком, ибо успевала каждый раз сбежать прежде, чем поплатится за свои преступления. Но машина империи неумолимо движется к цели и обречена достигать своих целей.

А потери в бою мы понесли гораздо большие, чем когда-либо, ведь у нас не было магов, 1 лекарь остался в лагере и многие солдаты погибли. Благо, хоть и мои личные горбокопатели были убиты, Бьерниг со товарищи хоронил наших павших а я отправлял их с деньгами, чтоб они меньше сидели в мертвятнике. Бьернингу отдельное спасибо за вытяжку из трупов, без этой чудонастойки я б заснул где-нибудь на ходу. Но еще большим ударом по армии оказалось то, что Снежные Барсы временно вышли из дела – они так задолбались, 2е суток без сна бегая в доспехах по полигону, что я не мог не отпустить их не отдых. В военных действиях они больше участия не принимали, и это низвело армию до потрепанной Кантеры, бригады Риардайна и отдельных влившихся в нее личностей. Хорошо, что я не стал высылать никого на Новиграда, так как монахи, погибшие при вылазке, вскоре воскресли после какого-то там обряда. Вот чудеса в мира Сапковского – я о таком не читал… Но на стенах крепости мы увидели все те же лица, увы. Тем не менее, Новиград пал и с ним стало то же, что и с остальными государствами, вызвавшими вражду Империи – земли перепаханы, выжжены и посыпаны солью, а население насажено на кол, повешено или украшало пирамиды из черепов своими головами. Видя, что достаточных сил для штурма Каэдвена нету, люди устали, близится вечер, я приказал армии отступать на зимние квартиры, вывезя лаборатории и все научные разработки Оксенфурта и монахов, и оставив низушков следить за порядком-у них там был квартал, который, естественно, не тронули. Остальная часть города пострадала еще и от пожизневого обжирания эльфами Риардайна, ибо еда была на игре отчуждаема.

Отдельной главой в этой игре для меня были покушения. Как показала практика, мужчины более толково действуют по этой части. Видимо то, что я периодически что-то не давал делать маршалу при представителях других государств, то, что я громко орал и проповедовал во время штурмов и заведовал колосажанием в захваченных землях вызвало обо мне странное представление. В субботу в те периоды, когда я ходил по полигону один или вдалеке от армии, ко мне подошла девочка, сказала что-то из серии «здравствуйте, Министр, у меня к вам вопрос», я сказал, что я вовсе не министр, после чего она оглушила меня кинжалом. Стал бы я бегать один по полигону, будь меня можно убить кинжалом, ага. Так что я ее зачармил – к оглушениям-то я иммунен – и спросил, а с чего она взяла, что я минстр. Она сказала, что все знают, что я – министр и заправляю армией, просто шифруюсь. Здорово, сказал я и выпил ее кровь. После произошла такая же история, но на этот раз я был Императором Имгыром инкогнито. Потом меня разжаловали до маршала. Все шло по накатанной схеме – оглушен, чарм, зачем хотела убить – ты такой-то, а вовсе не адъютант, я ненавижу Нильфгаард, вы плохие так как империя – с хуя империя = плохие? Вот ведь революционное воспитание, эти девочки уже не в советской школе учились. Я с улыбкой объяснял им, что да, я сейчас, и правда, выполняю функции маршала, но мы-то хорошие, так как все, кого мы истребляли, плохие так как. Девушки задумывались и, понимая ли безисходность положения или правда проникшись пропагандой шли на уступки, но я им пояснял, что они – бунтовницы и вредоносный элемент, а со злом надо бороться, и голоден я – ну и выпивал их кровь да отбирал сертификатики. Отдельное внимание заслуживает подобный случай, но ко мне обратились как к Астальде. На вопрос девушки, что за персонаж в мире ведьмака Астальда она сказала, что не знает, но ей главные сказали, что он очень хороший и благородный по жизни, так что не тронет девушку, и ей будет легко его убить, а, если он погибнет-уедет с игры или станет ведьмаком, и армия Империи развалится без лидера, так как он маршал. Вот с этого я прихуел – оригинальный способ решать игровые задачи – только вот ничего бы не посыпалось – на то была бюрократия) А Астальде стоит опасаться девушек на играх и пойти на тренинги, где он научится их бить) Последний раз девушка пыталась меня убить так как я толи маршал толи еще кто и клево завалить имперскую шишку. Она попала под раздачу. Предыдущей, кстати, я передал, что думаю о тех, кто ее подослал, но, видимо, они не мужики, раз не пришли поговорить лично. Последнее покушение было совершено на нас с фон Катценхерцем в цинтре. К нему подошел молодой человек с «суперважной информацией для всего штаба которую он может сказать лишь всем». Этим он уже себя запалил, но, поскольку из штаба остались я и фон Катценхерц, террористу даже дали такую возможность. Он плеснул на нас чем-то из баночки и был тут же зачармлен – оно на нас не действовало, а вот человека убило б на повал. Я выяснил, за что же он нас убить хотел. Выяснилось, что он-выживший Новиградец и пришел мстить – нормальная игровая мотивация, мы ему рассказали, за что вырезали Новиград – он сказал блин, опять эти чертовы монахи, как жаль. После чего ему объяснили, что для своей страны он, может, и герой, но для нас – военный преступник. Красиво казнить мы его не стали, зато я выпил его кровь, на чем покушения и закончились.

Так почти и заканчивается игра. На обратном пути я окончательно устаканил дела в Ридании. Когда совсем стемнело, я узнал, что Цири доставлена в Нильфгаард и весьма довольна – спасибо союзной магичке Шеале де Транквиаль и Полине, которой отрезали голову, но ее пришили низушки. Потом-совсем ночью, когда я совсем хотел отдыхать, ко мне явились все выжившие магички неотесанных нордилнгов с истерикой, что я устроил конец света и пришествие Белого Хлада, так как Цири в Нильфгаарде. У меня был антимагин и люди, чтоб их всех вырезать, что меня просила часть командования перед отъездом в Нильфгаард, сиречь в Москву. Делать я этого не стал, хоть и мог, так как некоторым из них я обещал, что, если они придут на переговоры, я сохраню им жизнь. Так что я предолжил им выбор – хотят спасать мир от конца света – могут отправляться в Нильфгаард. Не хотят – пусть валят на все 4 стороны. После чего они начали удивляться тому, что я их почти пинками выгоняю за ворота, говоря всякое из серии – ну надо же, оказывается, Нильфы всю игру спасали мир от Белого Хлада, как и мы, и были честными, а мы думали, они плохие и с ними нельзя разговаривать. И что типа надо думать, как спасать мир, упросили меня показать что где было – в лагере наполовину шел пожизняк, я им все показал и выставил, а сам пошел есть и пить донорскую кровь медичек. Отвечаю теперь на вопрос, почему я не стал их резать, который мне с гневом задают многие. Потому что я оставил право выбора – те, кто отправились в Нильфгаард останутся живы, ибо их можно перевоспитать. Тем, кто не отправился, глаза выклюют вороны – что они могут, учитывая то, как бестолково они вели себя большую часть времени-показывать факирские фокусы или выступать в цирке – у них нету на это лицензии, так что жить они будет не долго. А резать их всех ножичком и слушать визиг, нарушая при этом обещание, мне не хотелось. Это скучно и не спортивно, да и не нужно было в той ситуации.
К моему удивлению, наутро лагерь продолжал играть. Так что с утра я пил донорскую кровь и по мелочи выполнял свои игровые функции, когда это от меня требовалось. Кантера отправилась и захватила Каэдвен - они там договаривались с кем-то повоннзаться, но мастера это отменили. Пофиг, вполне ясно, какая участь ждала это государство с уничтоженной армией и в полной блокаде. Риардайн выиграл поединок у капитана Белых Барсов и стал королем эльфов – поединок был не на смерть, что не может не радовать. Нам с фон катценхерцем оставалось сказать «всем спасибо, все свободны, война окончена» и в теплой кампании Сейда, Хальдара и Полинки отправляться домой и готовиться к Вархаммеру, но это уже – другая история, и отчет о ней будет коротким, а не гигантским опусом.

интересно