введите 3+ символа
ничего не найдено
RU

Эстэль

аристократизм и стервозность Клана Розы

Событие: Vampire: the Victorian Ages
Последнее изменение: 07.04.2010 в 21:52

Отчёт по игре "Ночи огня"

ravenna_vinsent
January 21st, 0:40
Сразу предупреждаю, букоффф не просто много, а оооочень много! Я вообще склонна  к написанию больших отчётов, так что кто не привык, поясняю: состоит из двух частей - первой доигровой, где написана фактически квента, необходимая для понимая логики поступков и предыстории, второй игровой, где, собственно, почти в литературном виде описаны события игры (отмечу, весьма полно, хотя может, и не очень верно). Так что выбирайте, что читать, а что - нет.

И ещё раз огромное спасибо всем, по жизни - Даше и её очаровательным Таро Сказок)))

Часть первая.

            Я-таки смогла уравновесить образ милой светлой девочки с чистой любовью и не высоким интеллектом с МБН не слишком удачно скрывающей собственную чудовищность Дианой Стефарт. Есть у меня такая привычка - играть парные в чём-то похожие но при этом кардинально противоположные роли.  Надо сказать, прорабатывала я персонажа долго. Наверное, во многом из-за его глобальной непохожести на меня саму. Цели были следующие: отыграть очень низкую человечность и избавить себя от перспектив Большой и Чистой. И если с первым проблем не было, то со вторым… Когда Алехандро экспрессивно начал рассказывать про любовника Дианы Антонио Росселини, я пошатнулась, округлила глаза и задала главный вопрос: «он будет на игре?!», Мастер ответил, что нет, у этого персонажа более чем уважительная причина – он окончательно мёртв, и добавил, что душевные муки – это не так уж важно, но сам факт как меня обломали убийцы с личной выгодой очень возмутителен. У меня как игрока отлегло, но образ Дианы претерпел ряд логичных по эпохе изменений, отражая важность мужчины в жизни женщины в прошлые века.

            Диана Стефарт, почти 100 лет назад (при жизни) потеряла горячо любимого супруга, маркиза Вигтона, от которого и остался горе-младенец Тайлер. Несчастье потрясло её до глубины души, дама впала в глубокую депрессию и поехала развеяться в Эдинбург. Старейшина Тореодор Эмиль, будучи большим поклонником театра, вдохновился образом человека, ставшего так сильно похожим на Собрата из-за любви (нежелание жить, бессонные ночи, проводимые в рыданиях сделали ауру и кожу бледными и т.п., а резко изменившееся мировоззрение – более бесчеловечной, чем ожидалось от леди из хорошей семьи 21го года от роду), заинтересовался, к каким изменениям приведёт Становление и, что немаловажно, увидел неоспоримые выгоды в получении владений и связей столь знатной особы. Это и решило судьбу Дианы.
          Однако, новоявленное дитя Сира не порадовало: красивая игрушка быстро превращалась в монстра, до которого самому Эмилю и другим его не слишком молодым потомкам было далеко, таланта как такового не имела и вообще всё было писец-писец как плохо. При всей своей бездарности к политике и великим стратегиям Тореодор вполне отдавал себе отчёт, что эксперимент вышел мягко говоря хреновый, требуемые выгоды легче было получить, загулив её, а сейчас уж проще прибить до получения Признания. Диана на своё счастье имела неоспоримые достоинства – мозг, который умел думать и в принципе неплохой самоконтроль, ну и Внутреннего Зверя, совсем не страдавшего суицидальными наклонностями, планы которого на свою дальнейшую нежизнь кардинально отличались от идей на этот счёт Сира. В общем, вывод был прост и ясен: Сиру нужно быстро устроить красивый спектакль и не менее оперативно объяснить, доказать, показать, чем может быть ему полезна. «Весь мир – театр, а люди в нём - актёры», вспомнила любившая Шекспира леди Стефарт и занялась своим специфическим творчеством: созданием легенд о себе-любимой, которые помимо своей ценности с точки зрения фольклора имели весьма полезные политико-социальные последствия.
         Вернулась в поместье, решила некоторые финансовые дела, устроила картину трагической кончины маркизы с горя, а потом стали появляться слухи о том, что душа её, то ли не упокоенная, то ли слишком любящая Вигтон, бродит по своим землям. Иногда она является предвестником смерти, но смерти лёгкой и безболезненной, иногда – напротив, излечения, нередко народ выражал, что якобы леди Стефарт их спасала. Также духу предписывали деяния по изгнанию зла (ака оборотней, зомби и вампиров). В общем, подданные были счастливы: они обзавелись, как и полагается приличному шотландскому поместью с замком, фамильным приведением, да ещё и полезным.
         Это сыграло большую роль в религиозных пристрастиях: на территории поместья находился мегалит, а как известно, подобные места, сильно связаны с фейри, что толкало жителей в сторону язычества, шаманства и прочей совсем невыгодной Собратьям ахинее, появление же призрака, имевшего англикансое вероисповедание, резко заставило вспомнить о душе, Рае, Аде и как следствие – христианстве.
         Почти сразу после Признания, леди Стефарт поимела самое страшное испытание в своей нежизни: необходимость убедить Принца Эдинбурга, что Вигтон стоит включить в состав Имперского домена, а так же объяснить на кой чёрт это нужно. В политике и экономике Диана соображала, а критерии «это удобный порт, там рукой подать до Глазго, Кардиффа и Ирландии», «это пограничная точка между Шотландией и Англией», «это сильно снизит вероятность появления фей, если таковые существуют» и т.п. Леди Бесс сочла вполне адекватными. Вигтон стал частью Эдинбурга (несмотря на то, что не так уж близко от него находится) и официально подарен Сиру.
         Позже Диана мёртвой хваткой взялась за политику. Загулила своего сына, а потом дала ему Становление, и написала новый сценарий: внук Дианы отправляется на учёбу и возвращается несколько лет спустя с невестой Изабэллой, поразительно похожей на покойную Диану. Супруги являет собой образец благочестия, красоты, патриотизма и религиозности. В главных ролях её Сир Эмиль и она сама, ну а подобранные за это время гули-двойники прекрасно решали проблему Маскарада и необходимости участвовать в делах днём. Спектакль забавлял и Леди Бесс как Тореодора, но не так, чтобы сильно. Тем не менее в сочетани с выгодой она выразила своё ценное, что Первая Традиция не нарушается (что развеяло споры на этот счёт).  Диана же в тайне желала однажды получить от Принца хоть один восторженный взгляд.
         Пара быстро становится фактически главой Клана Стефарт (человеческий шотландский Клан, один из древнейших и сильнейших, членами которого являлись такие люди как Роберт Брюс и Мария Стюард), имеющего влияние и на Англию (герцоги Йоркские, Кэмбриджские некоторые графы...), привлекает много сторонников из других древних родов (Дугласы, Гордоны...) и ясен пень вся это выгода ложится в прекрасные ручки Принца Эдинбурга, которая таким образом получает немалое по меркам Шотландии количество голосов со стороны наиболее сильноверующей и несговорчивой части аристократии.
         В итоге, Диана награждается Статусами, (и главный из них негласный «Оставьте девочку, она мне выгодна» (с) Леди Бесс), возможностью творить почти что вздумается в своём поместье (в том числе и Собратьями) и счастливую личную жизнь со своим Сиром в окружении богатства и роскоши.
        Добрее и человечнее маркизу это не сделало. Кровные «братья и сёстры» её недолюбливают, и в поместье, признанном резиденцией Тореодор, ведут себя крайне тихо, если, конечно бывают, здраво опасаясь, что однажды «сестрица» в тихую оторвёт башку, если потерять бдительность, а потом сделает кристально честные глаза с фразой «наверное, оборотни порвали... Вы же знаете, как неспокойно вокруг моего поместья...», справедливо рассчитывая на то, что ей всё сойдёт с рук, пока она выгодна.
        Лет 15 назад возникла потребность покинуть поместье в целях соблюдения Маскарада (возраст...), Вигтон был оставлен детям, Диана поехала в Глазго («к родственникам»), где с пинка Главы Клана заняла место Випа, Эмиль вернулся в Эдинбург («решил попутешествовать»).
       Леди Стефарт находится в своеобразной гармонии со своим Зверем, его идеи и потребности окультуриваются мозгом и дополняются Тореодоровским причудами. В дополнение она получила выправку эдинбуржским двором, что неплохо научило правильно себя вести. Периодически она начинает страдать от осознания того, что бездарна как Тореодор, это может довести её вплоть до Френзи. Тем не менее, страсть устроить спектакль - чуть ли не единственное, что может толкнуть её на риск своей жизнью, забыв даже о самосохранении Зверя. Другой предмет полугордости полустыда - Статусы. Даже у Вентру чаще встречаются варианты "Остроумный", "Великодушный" и т.п, а она... "Исполнительная" и "Напористая". Ну полный привет.

Часть вторая.

О ситуации с пропадающими неонатами и проснувшимся Миридином:
Ой вампиры маладые
Не гуляйте в парке
Там на вас охотятся
Злые Патриархи.
Принц объявил начало ежегодного сбора. Всё в лучших традициях:

Раз Собрата Камарилла
На Собрании казнила.
Веришь иль не веришь,
Захотелось зрелищь!

(частушки любезно предоставлены просторами интернета, кажется, форумом «Власть Традиций»)

         Проще говоря, привели какую-то девицу из каэтифов и стали выяснять, кто становил и что с ней теперь делать. Сверкая выставленной в корсете харизмой вышла Примаген Бруджа, бывшая шлюха (но как однажды заметил Барон, «шлюх бывших не бывает...», хотя надо ей отдать должное: вероятно, хорошо справляется, раз получила Примагенат) и заявила на этот мусор свои права. Диана презрительно фыркнула и одёрнула рядом стоящего Томаса Грэма за излишнюю шумность, которая могла смутить Принца, прочем, она была абсолютно согласна с соклановцем.
       У леди Стефарт на вечер были большие планы. Для начала надо было завершить начатое: добиться признания для своего нового птенца – Анны МакСтил. В этот раз она была жестче и строже, потратив целых 5 лет на обучение и объяснение новообращённой, где её место в этом мире и как его не потерять. Старшее дитя, неонат и её бывший сын Тайлер, явно распустился и раздражал с самого начала, как дорвался до свободы в Глазго. Расстраивало то, что 4я Традиция уже не работала и наказывать щенка приходилось как Випу, а не полновластному владельцу, коим в душе - или что там у собратьев её заменяет? - себя считала леди Стефарт.
        Маркиза давно пришла к выводу, что с возрастом с каждым Собратом происходят два необратимых изменения: возрастает в цене кровь и портится характер. Из этого следовало, что с Принцем, о низком поколении которого ходило много сплетен, лишний раз связываться не стоит и гораздо проще было договориться с Сенешалем, чтобы та  =правильно=  проэкзаменовала девочку. Этот же вывод некогда стал причиной объяснения леди Гвендолен, что той ни в коем случае не нельзя вступать в открытую конфронтацию из-за власти и даже смещение Примагенами – затея глупая, если, конечно, участники этой богодельни не хотят совершенно бездарно встретить свою Окончательную. Тем не менее, ничто не мешало её «протектору» собрать вокруг себя Примагенат и наиболее влиятельных Собратьев Домена или же уговорить сэра Артура присоединиться к Эдинбургу. У древней могущественной леди Бесс было куда больше возможностей сместить своего Герцога без особо шума, чем у кого-либо из Глазго. Другое дело, что Принц леди вполне нравился, и что самое ужасное, он вызвал нежные чувства у МакСтил...
       Также Диана небезосновно надеялась получить от своего Примагена Статус за свою честную и качественную работу и сделала тому весьма прозрачный на этот счёт намёк. Что бы там ни говорили и не думал сам Проповедник, она не так уж жаждала занять его место. Идея обидеть единственного древнего Тори, не считая леди Гвендолен, и при этом оставить его в живых, общаться с Принцем-Малком и голосовать в числе других Примагенов, будучи единственным НЕОНАТОМ... нет, уж слишком это было похоже на партию «одноразового Тореодора»... С её мнением всё равно никто бы не стал считаться, но каждый постарался бы себе присвоить посулами, угрозами, Услугами. Каждый! Другие Примагены, Сенешаль и что ещё хуже – Принц Эдинбурга, а мнения эти, как известно, не совпадали. В дополнение, удержать Клан в её возрасте без серьёзной поддержки было бы сложно. Пришлось бы оставить значительную часть политических связей, стало бы сложно уезжать в поместье, а это бы снизило её ценность в глазах леди Бесс. Так что лучше побыть счастливым немёртвым Випом, которому Примаген мало мешает править, чем окончательно мёртвым Примагеном. Тем более до Служителя ей оставалось совсем немного (около десятка лет), а при получении ещё одного личного Статуса, она по прошествии этих жалких по меркам Собратьев лет, по влиянию сравнилась бы с Джереми. Впрочем, помня намёки соклановцев, она придерживалась вида «если уж вы все меня выберете – я не против, но помните, что во время голосования, я отдам свой голос за Проповедника». Такая политика за одно освобождала от вероятных подстав со стороны амбициозных подлых Собратьев.
          Внимание привлекли Дансирны, и память подбросила недавние события, связанные с их куратором Росселини. Антонио убили и Диана по этому поводу тяжело переживала… переживала она большие потери в финансах и связях, не говоря уж об отсутствии готично-романтичных ночей с оригинальным по меркам Тори любовником из Клана Джованни. Вот кто теперь скажет «Милая, ты так любишь смотреть пьесы… Этот театр теперь твой!», а кто будет покупать бриллианты под новые туфли?! А экономические дела кто будет теперь вести?! Не Вентру же!!! О да… «Сэр, я хочу снять со счёта такую-то сумму к такому-то числу для проведения политической операции» – «Принц Валерий, это мерзкая Тореодорка снова хочет получить голоса не только своих родственников герцогов Йоркских и Кэмбриджских, но и их сторонников» - «Так скажите ей, что у банка возникли проблемы!» - «Простите, леди Стефарт… По непредвиденным обстоятельствам,  увы, мы никак не можем…и бла-бла-бла» в лучших традициях Вентру. Она окинула глазами собравшихся в поисках того Малкавиан, которого видела спешно выходящим с особняка Росселини в ночь его гибели, увы, его не было. Но это никак не могло отменить планов на месть за такое свинство. В целях выяснения обстановки она направилась поговорить к представителям Джованни, те выражали какую-то ахинею про тяжёлую болезнь Антонио, но к счастью, услышав о приостановленных делах леди Стефарт тут же предложили свои услуги. Этим Терпимым маркиза доверяла куда больше, чем к Вентру, да и расценки у них были гуманнее, хотя всё равно возмутительными, а по сему далее намеревалась взаимодействовать.
         Объявилась некая посланница от Грангрел. Когда маркиза узнала в ней не так давно погибшую Марджери Дуглас, очень удивилась, что этот Клан стал выбирать себе потомков среди столь знатных родов (Дугласы приходились ей близкими родственниками и одними из самых ярых союзников). Но хотя бы одна тайна была разгадана: шотландцы полагали, что девица была умышленно убита мужем-англичанином, чтобы получить в наследство поместье самого Дугласа-старшего, а не только знаменитую фамилию, это вызвало большой скандал в своё время, ещё сильнее обострив отношения с Лондоном, оказалось, во всём были виноваты Гангрелы.
         Тайлер, оболтус, проиграл в карты и задолжал кому-то там услугу, это злило, в дополнение Сенешаль постоянно куда-то убегала, и Анна оставалась не представленной при том, что дела с Кланом были решены. Но вечер становился всё веселее. Вышел Примаген Вентру и предложил устроить охоту на смертную, которую привёл сюда не нарушая Маскарада. «Он – чудовище!» – сказала тихо Диана то ли для себя, то ли для сидящей рядом Анны, скрывая восхищённую хищную улыбку и злой блеск в глазах веером. Вообще-то она недолюбливала Охотника и намеревалась его подставить при случае, причины были разными: он не нравился леди Гвендолен, Клану и вообще, не плохо было бы подпортить нежизни Вентру, но в тот момент маркиза гадала, а правда ли, что он предлагает охоту на неонатов Гангрел, в тайне надеясь, что удастся поучаствоать.
         Что произошло дальше, сидящая спиной к происходящему Вип упустила, но Принц заявил, что Примаген Вентру его оскорбил. Дважды. Начали собирать весь Клан, который проявил редкостную нерасторопность, разозлив Благородного ещё больше. Гарпии сработали великолепно и Скипетры лишились некоторых Статусов под довольные ухмылки и колкости Тореодор, которые Диана жёстко рекомендовала произносить потише и не так явно, чтобы не попасть самим к Гарпиям. Ещё раз отметила, что Влиятельная таки неплохо устроилась (вполне заслуженно) и даже младшая Гарпия имеет куда больше власть, чем Випы. Происшествие ещё раз подтвердило идею леди о непривлекательности должности Примагена. Как ни странно, Сенешаль настояла на том, что охота должна состояться и Принц согласился.
          Подошёл Брайен, который несмотря на свою человечность был симпатичен Диане, вероятно, в силу его достаточно искренней лояльности, и высказал желание спасти жертву. Идея Випу не понравилась, т.к. грозила неприятностями бедному неонату, поэтому единственным здравым советом было сыграть по правилам и по-человечески объяснить девушке, что данное общество – не то место, где стоило бы проводить юной особе время. Впрочем, такая добродетель в леди проснулась во многом потому что сама она поохотиться бы сейчас не смогла, а лишний раз дразнить Зверя... ммм... Диана вспомнила слова Охотника, что представлять девицу он намеревался как свою невесту и стала тихо напевать «Это не любовь, это дикая охота на тебя...» Сам же Сэр Джон решил покинуть город, учитывая, что его имя всплыло в каком-то инциденте с Анархом, очень вовремя. Вентру выбрали нового Примагена, кажется, какую-ту слабую неонатку, что несколько удивило: так перейти дорогу Старейшине Француазе...
          Анну всё-таки признали, что не могло не радовать. Поговорила с Маркусом, он взялся за расследование дела об убийстве Антонио. Учитывая слова Анарха Сью, маркиза стала подозревать, что дело приобретает не самый приятный для неё оборот, Камарильи по большому счёту на правду всё равно, а крайней могут сделать её. Это было только началом неприятностей. Самую большую опасность представлял Тайлер. Диана даже приказала вспомнить о политике Клана БДСМ (Благочестие Добродетель Смирение Милосердие, а не то, что кто-то мог подумать) и заняться очищением своего тела от греха методом самобичевания. Плёткой, аха) Наблюдать за этим вызвался не только Примаген Тори, создавший эту систему, но и Примаген Носферату, в чём ему как Старейшине отказать не смогли, несмотря на замечательный диалог, состоявшийся немного раннее: заметив краешек чёрных одеяний, торчавший из уборной Вип и Прим Тори заключили «пошёл общаться с Кланом».
          Когда Анна сообщила, что Тайлер оскорбил Главную Гарпию, Диана пошатнулась. Он конечно, с самого начала нарывался на Влиятельную, но той как ни странно, это даже нравлось. Теперь мерзавец утверждал, что пытался сделать ей комплимент, но ничего более гениального, чем сказать что-то вроде «Вы настолько же прекрасны, как и умны» не нашёл. Венеция, вероятно, логично интерпретировала это как то, что является не только уродиной но и редкостной дурой. Леди Стефарт зверела и намеревалась хорошенько проучить глупца. Наблюдать за разборками собрались многие. Гарпия, что удивительно, не хотела карать его, а собиралась только взять Малую Услугу с Сира, т.е. Дианы, что привело последнюю в шок: ведь по Традициям он уже давно отвечал за себя сам! Проходящий мимо Принц заинтересовался происходящим и в леди Стефарт заговорил Зверь Она попросила у Всеизвестного справедливого суда и кары негодяю, заметив, что не против заплатить оскорблённой Услугу (здесь сыграли личные симпатии и уважение к Венеции, был бы на её месте кто-то другой, она бы проигнорировала, как сделала это со требованиями якобы оскорблённого Примагена Носферату). Принц проявил здравомыслие и даже выразил серьёзное сомнение в адекватности выставляемой компенсации, предложил дать Тайлеру отрицательный Статус (с подсказки Дианы – «Нахальный») и выставить на солнце на три секунды. Зверь был удовлетворён, а некоторые из рядом стоящих сочли такое решение через чур жестоким: солнце нанесло бы красивому Тори непроходящие повреждения, заведомо поуродовав – подобная кара просто ужасна для Клана Розы. В свою очередь леди Стефарт заявила Клану, чтобы те учли этот урок и при этом пристально посмотрела на Мэри Глостер, намекая, как расправится с ней, если девчонка посмеет перейти дорогу. А ведь Тайлер являлся не только её потомком но и сыном...
          Оформляя Услугу, озверевшая Вип жаловалась Гарпиям, что мало у неё власти, а то бы она поставила Тореодор на своё место.
          Нужно было срочно развеяться, чтобы ночь не была окончательно испорчена. Вспомнился Калиостро и декларация «Ворона», так порадовавшая Тореодорку. Малкавиан не заставил себя ждать, намекая на возможность вступления в эзотерический кружок. По большому счёту Диана магией не занималась (вопреки сплетням), но была не против начать, и обдумывала в этот момент немного другие планы.
         Дело в том, что она давно уже мечтала устроить пьесу не из объективной реальности Смертных, сплетая судьбы людей и раздавая человеческие роли Собратьям, а из нежизней самих детей Каина. Занятие рискованное и в какой-то степени безумное,  но это бы было красиво и сильно, а при хорошем стечении обстоятельств – сделало фавориткой Леди Бесс. Порадовать и удивить древнего Тореодора сложно, но нет границ признательности тому, кто сумеет... Именно ей должны были достаться «лучшие билеты». В коем-то веке у достаточно бездарной Тори проснулось вдохновение и она желала устроить готический роман или трагедию в духе Шекспировского «Отелло» или же пьесы «Сказка Арденского леса». Роль ревнивца была отдана Сиру (естественно, без его на то ведома, однако Эмиль был великолепным актёром, получавшим наслаждение от игры, а это значило не только красивое экспрессивное исполнение, но и возможность доставить удовольствие Сиру, если он не удавит её сразу – главное вовремя спрятаться за юбку леди Бесс!!!), что-то похожее на Дездемону взяла себе. Увы, погибший Антонио не слишком-то подходил для игры соблазнителя в силу того, что спектакль бы скоро окончился: влиятельный эдинбуржский Старейшина быстро бы смог найти средства, как уничтожить Джованни. Вероятно, в последствие ему бы мстили, но красивых страстей бы уже не было.
           То, что Эмиль взбеленится, узнав что его жена и потомок ему изменяет, было вне всяких сомнений. (ещё один аргумент, почему после обнародования её отношений с Росселини, нужно было действовать быстро) И дело вовсе не в любви и  =человеческом=  браке (Диана вообще сомневалась, что он умеет чувствовать где-то кроме сцены), хотя именно с этой стороны он всё представит. Ранимый тщеславный Тореодор просто не перенесёт самой мысли о том, что от него могли уйти к другому мужчине и (о ужас!) даже не представителю Роз и Скипетров. Если даже он по какой-то причине не сделает этого сразу, то колкости и шутки о рогах со стороны Двора Эдинбурга точно выведут из себя и заставят отстаивать свою честь всеми доступными средствами. Репутация, знаете ли, бесценна....
           Джузеппе попросил крови для эксперимента, Диана очнулась от своих коварных размышлений и преступила к их исполнению. Фразу, что кровь даётся только для приёма вовнутрь Малкавиан понял правильно. Предложил взаимные Узы. То, какие он имел намерения было видно и без Ауспекса. Тем лучше... Леди Стефарт, получившая выправку Эдинбуржским двором, уже давно знала, что сопротивляться Старейшинам глупо – они всё равно возьмут свое – не по-доброму, так силой. И лучше сделать вид, что сам отдаёшь, подумав, как это выгодно использовать. Даже если взаимных Уз не будет и в последующие ночи посадит её на третьи, уже ничего не изменит: он станет актёром её пьесы... Достойным соперником Сира. О, как это прекрасно... Эдинбург, принадлежащий Тореодор и Глазго, где правят Малкавиан... И встать между мужчинами, представляющими правящие Кланы, посмотреть, кто победит...
           Нападение взбешённого Эмиля вынудит Калиостро защищаться в не зависимости от его желания, а то, что Малкавиан посадит её на Узы, сделает Диану в глазах мужа невинной жертвой прихоти другого Старейшины и избавит от перспектив оказаться крайней. Мало кто может представить, какое удовлетворение получает неонат, которому удалось вплести в свои интриги тех, кто намного его сильнее.
          Великолепно... Она ещё после декларации Э. По процитировала Джузеппе особенно любимые строки Оскара Уайлда из "Розы и Соловья":
       "Все мучительнее и мучительнее становилась боль, все громче и громче раздавалось пенье Соловья, ибо он пел о Любви, которая обретает совершенство в Смерти, о той Любви, которая не умирает в могиле."
         Теперь это можно было проверить. Говорили, Калиостро занимался созданием Формулы Любви и эти сплетни делали его идеальным кандидатом на роль. Пьеса должна была быть яркой, искромётной, с накалом страстей... даже если это будет стоить кому-то его нежизни, ведь тем интреснее...
         Отойдя в более безлюдное место, Калиостро протянул запястье, Диана вновь почувствовала себя почти птенцом и наивно, как на экзамене Признания, попросила его испить первым, аргументируя тем, что она слишком хорошо знает древних вампиров, чтобы так доверять. Стоит ли удивляться, что дальше последовало Доминирование?.. Склоняясь к запястью, она лишь подразнила сладкой кровью Клана Розы. Помогло. Дальнейшие моменты были посвящены приближению к Нирване, Голконде и т.п. (по системе ВТМ;)). Где-то далеко проносились мысли, что сейчас она отдаётся в сексуальное рабство Старейшине Малкавиан и реплика Дездемоны «Платка я не теряла!»
          Калиостро уходил чуть ли не присвистывая с ехидной фразой «Как хорошо Вы знаете древних вампиров...», а Диана хищно улыбалась ему вслед, понимая, что теперь его игра станет более страстной и искренней, чем она ожидала... Можно было рискнуть и даже попытаться посадить его на вторые или даже третьи... Нет, в этой интриге, пожалуй больше всех получит именно она: удовольствие от исполнения древними её сценария, сладость и муки любви, боли, страха и терзаний между Эмилем, её Сиром, к которому она по закону природы испытывала привязанности, и теперь уже любимым Джузеппе, компенсацию ночей, ставших такими одинокими после гибели Антонио, не менее оригинальным любовником Клана Малкавиан, так, так, что она там ещё не пробовала?.. ну и возможную выгоду.
           Дальнейшее развитие событие шокировало интриганку. Мало того, что сильная кровь Малкавиан являла собой большое испытание сама по себе, нахлынувшие вдруг чувства в её холодное безразличное почти ко всему мёртвое сердце сводили с ума, сбивая с мыслей, заставляя пропускать мимо ушей слова своего Примагена, когда рядом появлялся Калиостро, так ещё и начала твориться полнейшая мистика, после чего фраза про эксперимент крови отозвалась нехорошим ощущением...
         Тайлер снова что-то натворил, кажется, он вошёл во Френзи и на кого-то напал, вроде на Примагена Носферату. Её зверь снова оскалил клыки, когда леди Стефарт просила Сенешаля позволить ей самой отрубить мальчишке голову. Гвендолен одёрнула, что это работа Шерифа (ах, вот кто имеет здесь должность её мечты!), Диана была разочарована... Клан отверг провинившегося, Принц объявил его каэтифом и предложим собравшимся Примагенам опознать в нём кровь своего Клана. Его признал Примаген Малкавиан!!! И при том, что Принц сам этой крови, тот настаивал на своём решении! Здесь... когда в нескольких метрах стоит она, его Сир, его мать и это всем известно!!! Диана бросила растерянный взгляд на Калиостро, тот казалось, здесь ни при чём. Малкавиан, сильнейший Клан Домена, на год объявили Кланом Тореодор, их Старейшина Примаген лишился должности и попал в подчинение Служителю.
         Примаген был зол на своего Випа за столь громкие разборки, впрочем, позже понял, что это весьма выгодно.
        «Это всё ты и твоя древняя кровь!!!» - чуть ли не рыдая, обвиняла Диана Джузеппе, «Уууу, дорогая... это на тебя так моё безумие действует?» - «Моего сына, моего потомка признали Малкавиан! Это из-за Уз?!» - «Ну зато мы целый год с тобой будем в одном Клане, и заметь – Тореодор. Никогда бы не подумал, что дойду до такого...» - меланхолично ответил Калиостро, успокаивая леди и обещая разобраться с её проблемами.
         За вопиющим нарушением правила этикета номер три их застают Дансирны, желающие поговорить с Дианой, понимая, что Малкавиан не желал оставить их тет-а-тет, один из них выдал гениальную фразу: «А там Принц сложил свои обязанности, сходите, проверьте, что такое». Удовлетворённый появившимися минутами для приватной беседы, Дансирн младший начал расспрашивать леди Стефарт о чём-либо полезном для расследования гибели куратора, попутно пытаясь понять, а не сделала ли это сама любовница. Разговор прошёл плодотворно, соклановец погибшего убедился в невинности маркизы, а она поняла, что за Росселини отомстят и её экономическими делами займутся.
          Тем не менее Тореодорка вознамерилась поехать в Эдинбург: доложить леди Бесс ситуацию с объединением при её непосредственном участии (ну и ещё кое-какую информацию), а также разыгрывать спектакль (Акт Второй, «Маэстро, музыку!»), ставший резко более мистичным (если не сказать "тауматургичным"), подождать пока улягутся страсти с расследованием и получить дальнейший инструктаж. Но ночь напоследок приготовила ещё один сюрприз. Подошла мадам Венеция и предложила стать Гарпией. Зная, что должность Випа отнимает много времени, Диана смутилась, однако согласилась – власть Гарпий ей казалась куда более внушительной и привлекательной, чем проблемы управления объединённым Кланом, от которых её... совершенно неожиданно избавили, т.е., конечно, этого стоило ожидать, но времени подумать в вихре событий совсем не оставалось. Проповедник дал ей Статус «Решительная» (и ведь знал же комплексы Тори, связанные со слишком резкими и неэстетичными Статусами «Исполнительная» и «Напористая», которые скорее были подстать Вентру!) и снял с должности в пользу бывшего Примагена Малкавиан. Вначале она была возмущена и расстроена, но это длилось недолго.
           На закрытии собрания, Главная Гарпия объявила своё решение и предложила аналогичную должность... её потомку Тайлеру, тот согласился и получил ещё один Статус, на этот раз положительный. Принц в свою очередь забрал Гарпию Абигель с собой. Этот мир решительно сошёл с ума, раз объединились Тори и Малки, а подле Главной Гарпии Носферату стояли в помощникуах два Тореодора – потомок с Сиром. В дополнение, она с удовольствием отметила, что Принц держал красную розу, подаренную её потомком Анной, и цветок в свете последних событий выглядел не иначе, как Знак Клана Тореодор.
          Запоздало вспомнив о том, что теперь она должна делать Принцу всего-то неглубокий реверанс и глядя на преклонившего колено Примагена Тори, Диана злорадно представляла, как бедолаге придётся самому вести все дела и бюрократию Клана (от которых раньше она его умело освобождала) или же пытаться приказать Старейшине Малкавиан, советнику их Всеизвестного, передавать дела неопытным неонатам и всячески выкручиваться, впрочем, может быть, она ему будет немного помогать... или же точно – но за Услугу;)...

интересно