введите 3+ символа
ничего не найдено
RU

Хыиуду

Функции

Записки на хохолке кендера-театрала

Событие: Кринн: Судьба Истара
Последнее изменение: 04.03.2009 в 22:42

ЗАПИСКИ ПО РОЛЕВОЙ ИГРЕ "КРИНН (2007): СУДЬБА ИСТАРА"

Автор - Хыиуду

В 26-29 числах июля месяца года от Рождества Христова две тысячи и седьмого на полигоне близ г. Донино, что около 55 км от Москвы по Казанскому направлению, произошла полевая ролевая игра, в просторечии - полигонка, под названием "Кринн: Судьба Истара". Представляем вашему вниманию записки одного из непосредственных участников игры - Хыиуду. Если вас вдруг заденет за живое то, что тут написано - отвечайте, обсуждайте, подправляйте, можете даже поругать - но чтобы аргументированно! Заранее приношу извинения за полную неточность цитат и невозможность определения автора. А также очень нечеткую хронологию событий, искажение фактов, коверкание имен и легкий стеб.

 

Картина первая. Четверг

"И, обнаружив рядом с трассою сарай, его завоевал я в одиночку!"

"Над Хогвартсом хорошая погода!"

"А с какой частотой у кендеров хохолки отрастают?"

"Дорогая, сколько тебе надо времени, чтобы через 15 минут ты была готова?"

 

С самого начала заезда погода начала радовать, чего за ней не водилось аж с середины недели. Гисметео мрачно пророчил непрекращающийся дождь от и до, однако на небе видны были просветы, и отдельные лучи солнца нахально пролезали между туч и дразнились. Это внушало надежду. Я собрался и поехал.

В электричке напротив меня сидела колоритная парочка: парень-неформал кендеро-хиппового вида с хохолком на голове, и симпатичная девица, которую этот парень всю дорогу целовал. Я невольно подумал, что это хороший знак.

Изначально я думал, что встречу на вокзале Химеру, Мириэль и Ящерицу, и поедем мы все вместе. Как выяснилось, они собирались ехать с Выхино, так что а не обломиться ли мне? Не вопрос, до электрички был час, я упал прямо под кассой и стал невозмутимо настраивать гитару, привлекая к себе нездоровое внимание всех подряд.

Долго ли, коротко ли, а электричка все-таки подошла. Ускоренное сканирование оной показало наличие присутствия в ней брата Тука и еще незнакомой девушки, они собирались быть жрецами Паладайна, поэтому радостно цитировали мне изречения Светоносного, из которых явственно следовало, что я настолько богомерзкий, что как только меня земля выносит. Через некоторое время в вагоне появилась Алисанда и пригласила нас на два вагона назад, где уже сидела половина Истарского театра, а именно, Найра, Ская, Шутер, и, если не ошибаюсь, Миридин с Парканом. Правда, девушки от массажа отказались - абыдно, да. Впрочем, на Выхино я ломанулся по вагонам искать наших жриц (что было совершенно напрасно, поскольку они в этот момент еще даже из дома не вышли). За это время мое место, понятно, заняли. Пришлось на ходу изобретать методы экономии пространства (в частности, посредством усаживания Найры и Алисанды мне на колени). За их неширокими спинами я гордо прятался ото всех, кто уже строил коммерческие планы в отношении моего хохолка. Что, правда, не могло спасти меня от их собственных деловых планов. Ну и ладно, не так уж и страшно.

До Донино доехали, узнали, что у наших храмовниц в благородном деле транспортировки их прекрасных тел и увесистых рюкзаков в сторону Кринна еще даже конь не валялся - и пошли в том составе, в каком были. Меня в качестве проводника, потому что Донинский полигон для меня уже практически родной. Кое-как, по грязи и сырости, дошли.

Уже знакомый крюк через мастерятник - и мы добрались до театра, где я и решил обосноваться и по игре, и по жизни. Вот так простое опоздание трех храмовниц на электричку привело к появлению кендера в театре. Чудно катится колесо Сансары! Оммм!

Пришли, упали, стали заниматься пожизневкой. Костер, еда и прочее. Заглянули на мастерятник - чиповаться. По пути встретили Василиска: "Здравствуй, мастер, дай нам денег!" - "Зная мою вселенскую доброту, денег мне не дали!". Зачиповались. Причем все оружие скопом отдали Мирре. Приходит к мастеру такая дэвушка, а изо всех карманов торчат кинжалы. И два меча в руках. "А вы откуда такие?" - "А мы театр!" - "Фиггасее театр!"

Вернулись обратно, поели слегка - пошли рубить и пилить дрова. Долго и навязчиво пытались выцепить на это благое дело хоть кого-то из парней - бесполезно. В итоге рубил я, а пилили Найра и Мирра. Кр-расота! Зато полено мы все-таки притащили, нам дня на два его хватило.

- пошел дождь. Все ломанулись под плиты и крыши, а мы с Найрой решили ставить палатку, в коей нам потом обитайт. Промокли до нитки, но поставили ее. С полным перечнем радостей туриста: ортопедическими кочками, навязчивой массажной решеткой из корней, неповторимыми выбоинами и ухабами - короче, спи - не хочу. Вот мы и решили, что спать будем там. Ой-яи-яи-ё, экстремалы!

После этого - раз уже все равно мокрые, как цуцики - стали натягивать тент. Понатягивали сначала вдвоем, потом, после долгих попыток сподвигнуть на это дело Миридина и Паркана, высвистали из палатки полуголого Шутера, с коим вместе и продолжили наши инженерные работы. Вдохновленные нашими стахановскими движениями, из палаток вылезли еще девушки и присоединились к нам. Короче говоря, полиэтилен был худо-бедно натянут, в некоторых местах под ним даже можно было сидеть, и уж по крайней мере костер заливало намного меньше.

Вылезли, стали есть и греться, кто чем (и кем) мог. Потом утопали на парад.

На параде было явно меньше народу, чем я ожидал увидеть на Кринне, но все равно приятно. Явление Короля-Жреца со свитой было в высшей степени пафосным. Перездоровался и перецеловался со всеми, с кем не успел это сделать днем. Немного напрягла фраза "А теперь те, с кем вам бороться - все остальные расы, кендеры и гномы!". Но ничего, в общем-то, страшного. Все на всех посмотрели - и мы разошлись по лагерям. Всех предупредили, что неплохо бы придти на ближайшую мессу КЖ, а юридическим лицам надо еще зарегистрироваться там-то и сям-то.

Вернулись в лагерь - стали обсуждать животрепещущие вопросы. Типа, кому идти на мессу (в итоге пошли все, кроме меня - кендера, Миридина (Динала) - полуэльфа, и Белки - не знаю как по игре - ибо просто устала). После мессы еще пришел Якоб и предупредил, что все воры должны отдавать ему 50% добычи, иначе убютъ. Пришел Кайзер, посидел с нами, пообсох немного и ушел. Мы стали сидеть дальше, петь песни. Акапелла нам быстро надоела - достали гитары и устроили мокроменестрельник.

По пути обсуждали предложение Якоба. Решили, в общем, крышеваться сразу и у него, и у Первой Дочери, и что так проще будет лавировать в случае, если кто-то из них вдруг нас невзлюбит. По вопросу воровства решили так: я все равно не ворую, а Найра пусть не попадается.

Ближе к середине ночи у нас возникли идеи убить Якоба и потребовать за него выкуп, но это решили обсуждать на свежую голову.

Тут же (легок на помине) пришел и сам Якоб и попросил помочь ему вытащить спальник из чехла. Ржали всем театром, но гуманитарную помощь оказали.

Потом разбрелись по палаткам. Ко мне вписалась не только Найра, как и ожидалось, но и Мирра, и только что подъехавшая Умбра, чтобы не ставить палатку в темноте и под дождем. В общем, у нас было весело. И совершенно пофиг, что палатка трехместная, это для американцев она трехместная, а мы, ролевики, народ сам по себе компактный, да и вдобавок парень с девушкой занимают в палатке явно меньше места, чем отдельно парень плюс отдельно девушка. В общем, недостатка места мы совершенно не испытывали. Даже когда к нам в гости заглянула еще и Белка. Не скажу, что у нас творилось в палатке (на самом деле ничего особенного), но звуковой фон стоял такой, что в лагере спать не мог никто. Наутро по этому поводу родилась шутка: "Вы слышали, что творилось в театре вчера ночью? Артисты не могут спать спокойно! Пожалуйста, подайте кто сколько может, чтобы они смогли заплатить налоги!"

Ближе к утру наконец заснули. Ровно по той причине, что уже не имели сил дальше кататься друг по другу. Упали все головами на кого-то одного (кажется, на Умбру) и тихо лежали, периодически обсуждая всякие философские вопросы. Типа "есть ли жизнь вне Кринна", "каков объем карманов кендера" и "ходит ли Король-Жрец в уборную".

 

Картина вторая. Тяпница, до преступвыступления

"Мррр, а еще я на машинке шью, и готовить умею!"

 

Утром мы, что довольно логично, просыпались медленно. А вылезали из палатки еще медленнее. В основном девушек разбудило явление жреца Михаэля с сигаретками. Оставшихся разбудило известие о размере налогов, взимаемых нашими славными министерствами. Примерно прикинув нашу численность и состояние наших финансов, театр Истара твердо решил налогов не платить, ибо нечем и нефиг. Поэтому просто тихо и мирно достраивали нашу локацию, каковое строительство периодически перебивалось визитами оголодавших наркоманов (я говорил, что мы были еще и наркопритоном, нет? Проклятый кендерский головной ветер!) или мастеров (Драко, Минос), которые приходили к нам, многозначительно хмыкали и уходили. Кстати, Минос еще принес известие, что новую наркоту надо покупать в порту, а дорога туда опасная, и стоит она там дорого. Чуть дальше по игре сложилась анекдотическая ситуация, когда перекупщики (то есть мы) продавали дурь дешевле, чем распространители.

Кстати, ситуация: выступление Мирры: "Сейчас надо будет сходить со мной в порт, купить наркоту. Для этого нужен мужчина, умеющий сражаться и адекватный человек"

Я: "Я не умею сражаться!"

Шутер: "Я неадекватный!"

Миридин: "Я не человек!"

Паркан: "Я пошел в порт...".

Еще в процессе строительства локации на нас свалился визит троицы бродячих факиров (один был Блэки, остальных не знаю), которые предложили нам следующий тендер: они выступают вместе с нами, а часть выручки - им. "Да не вопрос!" - дружно решили мы, еще не представляя, что такое экономика по-истарски.

Еще в процессе же строительства же мы с Миррой вспомнили, что Минос говорил о бесхозных диванах, которые валяются там, где на "Проекте-42" был Гунгланд. А на Кринне в том же месте размещалась далекая-далекая галактика, в которой шли "Осколки Власти". Картина маслом по сыру: стоит себе такая Звезда Смерти, строится, а тут приходят человек и кендер и нагло упирают с этой Звезды диван и волокут его в направлении Ансалона. Правда, так и не дотащили. Мирра потом посылала Паркана и Миридина за этим диваном, но вместо этого притащили еще лишнего горбыля и сделали несколько новых лавок.

После строительства мы взяли гитары и ломанулись с рекламной миссией по полигону. Полигон, судя по всему, спал. Особенно порадовала одна суровая девушка в соламнийском лагере, которая грозно насупила брови и тоном советской буфетчицы заявила "Закрыто!". Что ж, мы вернулись на городскую площадь, упали там на землю и устроили мини-концерт для ССовки, Забавы и Поповича, а также кем-то подбитого городского стражника (Дракона, кажется?). Попели, вернулись обратно.

А тут как раз по наши души явились господа из Министерства Образования. Спрашивали пять Священных Догматов. Первые два Мирра как-то назвала, а потом влез я со своими пространными рассуждениями о том, что человек - тоже женщина (привет Найре!)_и о том, кого надлежит любить. Министры переглянулись и единодушно решили отвести меня на перевоспитание в их вотчину. Отвели. Посадили в камеру пыток (или, как выражались сами господа минобразы - в комнату для медитаций). Конечно, глубокой медитации очень способствовали всяческие пыточные приспособления, в изобилии развешанные там и сям. Нет, я не отрицаю, возможно, это помогало отрешиться от бренного тела, но мне мое тело, при всей его бренности, как-то довольно сильно нравилось в своем первозданном состоянии.

Усадили они меня на скамью, утыканную гвоздями (у меня сразу родилась мысль упереть какой-нибудь гвоздик на память) и стали зачитывать священные догматы, которые я радостно повторял, благо не сложные они совершенно. При этом с самой благочинной рожей коверкал их как мог, оставаясь при этом "в канонах". Министры глубокомысленно кивали и соглашались что, да, это кендер, ему позволительно знать общую идею, пусть даже и излагает своими словами. У меня самого зародились нехорошие подозрения: уж очень легко они соглашались с тем, что я им нес, при этом сами поминутно заглядывая в шпаргалки. Потом они вышли и сказали, что скоро вернутся проверить, как знания отложились в моей хохластой голове. Я за это время успел разочек глянуть в шпаргалку (секунды три-четыре, мне больше не требовалось) и начать выколупывать из скамейки, на которой сидел, гвоздь. Войди они позже еще хотя бы секунд на двадцать - оставаться бы их скамейке несимметричной. Но не склалось. Состроив гримасу "Король-Жрец - отец родной!", я оттарабанил все пять догматов, изрядно сдобрив их хорошей порцией отсебятины, которую господа министры приняли с широкими улыбками. Провозгласили меня первым кендером-проповедником в Истаре и отпустили восвояси.

Одно они забыли, а я не напомнил - надо было им выписать мне какую-нибудь бумажку о том, что я более не богомерзкая тварь, а практически священник (хех ;) ). Но что поделать - забыли и забыли. И вот, не успел я выйти из министерского района, подходит ко мне какой-то воин и громогласно интересуется, с какой это, собственно говоря, стати кендер шляется по центральному кварталу города, и не пора ли меня отвести в Минздрав? Не успел еще я заикнуться о своем новом статусе, как появился Вржещ и потребовал огласить третий догмат, что я с гордостью и сделал. Потом четвертый, потом он долго пытался меня убедить, что я перепутал их местами, в конечном итоге в Минздрав меня все-таки утащили, но исключительно в качестве менестреля. Постоял там, попел, потом вышел Первый Сын и вежливо намекнул, что песнопения лучше отнести на более отдаленное место, а то работать сложно. Я вышел на площадь, спел еще немного для священников Паладайна, за труды получил одно серебро и один медяк и, довольный, направился обратно в театр. Ох, какими глазами посмотрела на меня Мирра (которая вела лечить Паркана, который внезапно онемел), когда я ссыпал монетки ей в ладонь и гордо заявил: "Выручка!".

Дохожу я до театра - а там в очередной раз незабвенный Якоб парит Найре и Умбре мозги. Якоба пригласили к костру, оглушили, связали и стали допрашивать. Рассказал он много чего интересного, правда, совершенно непонятно, где и насколько он соврал. Короче, когда мы в сотый раз решали, зарезать его или отпустить, вернулись Мирра с Парканом в состоянии "в уксусе передержанные" под конвоем толпы инквизиторов. Не разбирая дороги, эта троица ломанулась в леса (и все по пожизневке). Инквизиторы пришли, заявили, что мы арестованы, и начали шариться по театру в поисках наркотиков. Я услужливо ходил, показывая господам инквизам все комнаты, при этом сам абсолютно не подозревая, что наркотики у нас все-таки были. Они обыскали весь театр, так ничего и не нашли, чем были очень раздосадованы. В качестве утешения я предложил им котел с кашей, на что бдительный Малыш немедленно отреагировал: "Это ты нас по жизни кормишь или по игре подкупаешь?". Кашу, однако, есть не стали. Конфисковали все билеты, оставили слухача и ушли.

Дальше мы уныло трепались с Министром Образования (Айвенго), одним из высокопоставленных наркоманов Истара, о нашей тяжелой жизни. При этом рядом преспокойно сидел шпион, вроде бы из Темных, хотя тогда мы думали, что от Инквизиторов.

Потом министр ушел, соглядатай ушел, и мы поняли, что от нас так просто не отстанут. Достали эти несчастные наркотики из стены, в которую они были забиты, и отдали на перепрятывание мне. Я, ничтоже сумняшеся, забил их в другую стену. В конце концов эта наркота под видом фамильных драгоценностей была передана Элаю Расбаргу, нашему блаженному рыцарю в розовом, который все принимал за чистую монету. А сами мы занялись экстренной подготовкой к представлению, которое, несмотря ни на что, все-таки должно было состояться. Примерно посреди общего веселья приехал Некросс, который играл одну из ролей, и жизнь сразу как-то резко наладилась.

Долго ли, коротко ли, а к нашему театру стал собираться народ, жаждущий культуры. Мы оттягивали конец (точнее, начало) как могли. По поводу предыдущей фразы - Хаос с нами, как говорили на том же полигоне на игре неделю спустя. Народ постепенно приходил и приходил, нам, как мог, помогал Друид (большое ему за это спасибо), в конечном итоге - мы все-таки собрались. Сыграли "Женатого любовника" и "Влюбленную жену", в перерыве, пока мы истерически готовились и искали реквизит, Друид устроил театр одного актера, показал "Штаны святого Франциска", после чего на сцену вышел Малыш и громогласно заявил, что театр арестован, всем оставаться на местах. Что и говорить, представление закончилось эффектно! Слава Паладайну, Мара уже успела походить с Некроссовой шляпой и пособирать подаяние, поскольку всех билетов было продано две штуки, остальные билеты ушли по внутренним каналам инквизиции, а часть народу прошла бесплатно. Заодно было экспериментально выяснено, что сбор подаяний после выступления - вещь гораздо более выгодная в финансовом отношении, чем наркоторговля или продажа билетов.

Пока нас арестовывали, по подсобным помещениям театра туда-сюда шняряли всякие личности, в результате чего толпа народу, ломанувшиеся туда, попали под кучу всяких гадко-чумовых эффектов, среди которых я лично заметил потерю сознания и/или разума. Толпа священников Паладайна, танцующих что-то вроде макарены, впечатляла сверх всяких. Не попавшие под заклинание инквизиторы, напротив, были сердиты и сумрачны. По их приказу городская стража нас обыскала, но так ничего и не нашла. Я нагло сумел набиться на обыск к единственной стражнице, и обыску откровенно радовался, поскольку у меня все равно ни одной игровой вещи за всю игру не было, кроме тех самых наркотиков, которые были у меня в руках минуты две, да нескольких монеток.

Потом с целью излечения болезных наш театр осенил своим присутствием сам Светоносный. Я столкнулся с ним нос к носу в коридоре и не нашел ничего лучшего, как заявить: "Ой! КэЖэ! Здра-а-а-асьте!". Не знаю, как присутствовавшие тут же деятели из ОБМ не вогнали меня в землю на месте. А потом вроде бы уже и не за что было.

После долгия возгласы и жаркия споры нас всех гуртом повели в застенки Инквизиции. Кого сразу подсуетился - в тюрьму (мы с девушками и Некроссом туда отправлялись с песнями и плясками), остальных в пыточную. Через некоторое время нас стало больше: кинули нам труп Шутера, сказали, что "этот глупец, не способный принять свет истинной веры, совершил самоубийство". Смотрим - да, сурово он самоубился, четыре ножевых раны, из них одна в спине. Лечить его было уже безнадежно, решили его хотя бы раздеть и забрать одежду себе. Трупу уже все равно [в лагерь к костру топать], а нам, блин, холодно. Вот такой циничный практицизм.

Потом к нам присоединился Некросс, которому жестокие палачи отрезали ухо. Затем стали выводить по одному, пытать, в общем, вели себя не по-хозяйски. Бяки, короче говоря. Нельзя не отметить, что все, кто к нам входил с тем или иным предлогом, открывали дверь, а вот закрыть (хотя бы словесно) удосужились только двое. По всей логике вещей могли бы совершить попытку побега. Но знали, сколько это потом вызовет криков о читерстве, поэтому сидели тихо.

Впрочем, здесь я вру. Тихо мы не сидели. Сначала пели ругательные песни про инквизиторов, потом, когда у нас отобрали гитары, пели акапелла. Чтобы мы заткнулись, к нам привели Друида и на глазах у нас переломали ему все конечности. Точнее, почти все, вышел Первый Сын (Декор) и наслал на палача страх, поскольку вопли из тюрьмы мешали ему вершить государственные дела. Даэлин, как смогла, Друида подлатала, и мы сидели и дальше, периодически вытаскиваемые на допросы (на одном из которых Некроссу отрезали второе ухо). Я палачам, похоже, был не интересен совершенно, а может, они беспокоились за сохранность своего арсенала. За стеной слышались шушуканья: это наши друзья приходили нас вытаскивать. Впрочем, так и не вытащили, да на тот момент нам было слегка параллельно. Двух девушек отпустили в лагерь за пенками, так что мы расположились в камере с относительным комфортом.

Долго ли, коротко ли, а мы пошли по жизни спать в лагерь с обещаниями вернуться наутро. В лагере еще посидели и поменестрелили, а мне наши девушки даже массаж сделали, причем вдвоем. Кендер снова счастлив!

С утра нас огорошили новостью: нас всех выпустили (по словам Велимара). Мы решили поесть, а потом уж идти и разбираться, что, как и чего. Ну не верилось нам в такое неземное счастье! К тому же пришел кто-то из мастеров и сказал, что это все с ними не согласовано и вообще, личная ахинея, то есть инициатива, игрока. Что ж, доели, собрались - с песнями и плясками пошли в тюрьму. Пришли, а там происходит глобальный разрул, в результате которого мы с той же скоростью, но ровно в противоположном направлении с песнями и плясками возвращаемся в театр. Потом сидим и думаем: скрываться в театре больше совершенно не катит - надо уходить в глухое подполье. А то, не ровен час, опять инквизиторы нагрянут. И, поскольку подвала в нашем театре в жизни не было, ломанулись мы в гости к нашей богатой нищете. Посидели у них, посидели - тревога! Инквизиторы идут! Мы резво подорвались и бегом-бегом-бегом в ансалонские леса. Посидели там, половили небесную благодать, да и промокли все в ней. Решили возвращаться обратно, в нищету, успели как раз к исторической фразе бабки Марлы "В город не ходите, там сейчас чума начнется. Ну, я пошла!". Посидели, подумали о судьбах мира - тут приходит Первый Сын Светоносного и предлагает собираться на выход и с вещами. А то, мол, боги гневаются и хотят обрушить свой гнев на Истар. А что терять гонимым театралам? Собрались вместе с нищетой, вышли на центральную площадь города и стали давать прощальный концерт. Под песню Некросса "Мир рухнет - уходи скорей!", сопровождаемую раскатами грома, я чуть катарсис не получил.

Потом пришел какой-то жрец и стал нас из города выводить тайными тропами овражных гномов через канализацию, и мы с громкими воплями, славя солнце и Паладайна, ломанулись в лучший мир. Дошли до мастерятника и основали там город Утеху. Пришел Василиск, немного поспорил и Утеху-таки принял, а нас отправил в мертвятник. Так закончилась история части нищеты и части Истарского театра, а заодно так же началась история города Утехи. Собственно, на этом же месте закончилась история веселого кендера по имени Перепел. Но игра еще и не думала кончаться.

Посидели это мы в мертвятнике, потом Вольдемар собрал нас оптом и выпустил зомбями - попугать несчастный Истар. Мы с гуканьем и ыканьем пронеслись по всем улицам, ведомые единственным "официальным" андедом - Боромиром - оттеснили рыцаря Катана к дворцу и встали перед дворцом небольшой такой толпенькой. Потом началась какая-то истерическая боевка, безымянный зомби-кендер, ведомый жаждой крови (о Паладайн, ужас какой!) несколько раз поизображал из себя катапульту, одна шишка даже собиралась было удариться об Короля-Жреца, но прилетела пряменько в Вольверина, который вообще-то не играл, хотя как-то оказался в самом центре боевки. Потом из ворот вылетели бравые бронемишки и, проявляя чудеса героизма, порубали толпу зомбей, читай, безоружных девочек. Если я не ошибаюсь, из всей неорганизованной толпы (за вычетом Боромира) всего оружия было - пара мечей, три кулуарки и хупак. Впрочем, своей цели мы достигли: мы оттянули войска из дворца, а во дворец ворвались демоны и устроили там раскордаж. Впрочем, мы об этом еще не знали.

Но всего этого мы уже не видели, мы тихонько сидели и наслаждались картиной. Пришел Даламар и увел нас в дальний закуток, пообещав, что сейчас придут демоны, и мы снова ломанемся в бой. Уважаемому товарищу лектору из аудитории был задан вопрос: а демоны - это тоже безоружные девочки? На что последовал ответ: нет, демоны - это мощные файтеры (а именно Блэки и Ко, остальных по именам не знаю). Тут, собственно, пришли и сами демоны и нас без лишних разговоров перерезали: "Убит! Убит! Убит! Убит!". На что Шутер гневно заявил:

- Да, блин! Убит! И уже причем давно!

- Мы что, к мертвецам пришли? - уточнил Блэки

- Ага! - радостно подтвердили мертвые

- Б...! - сказали демоны.

Мастер ситуевину быстренько откатил и послал всю толпу в бой. Какими бы тупыми ни были зомби, но лезть на кучу алебард они не захотели, поэтому пошли шкериться по домам. Как минимум, вынесли какую-то леди из министерства, после чего она пробила головой стену и с громким воплем спаслась бегством. А нас добрая стража нашинковала в винегрет.

Не успел я еще толком полежать, отдохнуть, как подбегает ко мне Русбар и поднимает в виде мегакрутого зомби. Точнее, сам-то зомби фигня, но через пять минут после смерти реанимируется, и может умереть окончательно, только если умрет хозяин. Короче, я сразу понял, что побродить мне придется.

Когда Русбар привел меня в министерство, произошел следующий диалог:

Багира: - Русбар, там на улице около 20 трупов, ты не мог поднять никого другого, только кендера?

Русбар (оптимистично): - Да ладно, это же зомби, что у него там от кендера-то осталось? Только хупак да хохолок.

Зомби (глухо): - И любовь к девушкам...

(министерство в истерике).

Работка мне нашлась сразу же: леди Нирнаэтта забыла свою печать Министерства Мира и Спокойствия, поэтому господа министры от души развлекались, издавая идиотские законы и липовые письма и отправляя их со мной в качестве почтальона. Идти на верную смерть, зная, что тебе в итоге ничего не грозит - занятие очень интересное. Идешь себе и делаешь ставки: когда тебя зарубят. Первый раз меня зарубили непосредственно на входе во дворец, перед этим еще поставили всю стражу под ружье (то есть под алебарду) и вогнав всех в панику. К счастью, бумажка выпала из руки еще до того, как меня успели сжечь. Прочитали, хмыкнули "Ну вот, напишут гадость и не подпишутся...". Сгоревший зомби пролежал пять минут, поднялся и ушел.

В общем, боевых вылетов я успел сделать около семи, последний - с законом, требовавшим подаяний в пользу ММиС. Зомби-кендер, бродящий с чьей-то бейсболкой и просивший подаяния, особенно впечатлял мастеров. Василиск и девушки из Феникса на четверых подали что-то в районе семи рублей, кто-то кинул мне две батарейки "Дюраселл" (их я захапал себе в фотоаппарат), а потом меня уже традиционно убили. Потом я упал на мозг Русбару, которому уже немного наскучила эта беготня, что, мол, не пора ли сделать что-нибудь великое? Великого делать было нечего, и он меня просто отозвал. Довольный и счастливый зомби пошел в мертвятник.

Отсидев там где-то с полчасика и сделав массаж двум очаровательным целительницам, я-таки вылез. Новым кендером по имени Лепесток, чумным от рождения. Дошел до театра - начался приступ. Кое-как я выполз к шлагбауму, где и рухнул аккурат к ногам Кота:

- Лек-каря-я...

- Обыскиваю.

- Ничего нет

- Блин, ну ты скотина, хоть бы денег с собой взял... Эй, лекаря сюда!

Подошел лично Король-Жрец и исцелил страждущего нелюдя:

- О Паладайн, яви свой свет верным чадам твоим! Дай мне силу исцелить этого человека... эээ... этого кендера... ой... ну и ладно!

На самом деле все это было очень красиво и пафосно, я просто даже самые красивые моменты не могу описать без стеба.

Вернулся я обратно в театр, быстро вписался в состав (под музыку "наш театр уже не может без кендера, пофигу какого") и пошел готовить еду. Попутно мы с Миррой и Некроссом заразились тем, что начали говорить исключительно стихами (в основном из наших постановок). Рассказывать об этом бесполезно, цитировать, на самом деле, тоже, это надо было просто видеть.

Потом мы с Некроссом ходили за водой. Четыре тонны воды, привезенные мастерами, быстрые игроки выжрали за два дня почти полностью. Мы слили остатки воды из рукавов, причем вода уже по цвету была абсолютно коричневой.

- Василиск, а это у вас чай или кофе?

- Не знаю, это фигня какая-то. Но ничего, третий день ее пьем, никто пока не умер!

Потом послали меня искать Паркана, который, пока мы уходили в Утеху, успел уйти в Инквизицию. Белый хайратник на голову (я вообще-то не сильно хотел, просто мне посоветовали искать его пожизнево, поскольку театр уже не играл, и представление должно было происходить не по игре) и пошел. По пути встречаю Грена в розовом:

- Ага! Белый хайратник! А почему не идешь к Чемошу?

- Да я человека ищу. А Чемоша я, наверное, уже достал.

- А хочешь еще раз пойти достать?

- Да ладно, зачем, пожалеем, он и так замученный!

- Тогда хайратник сними!

- Да не вопрос!

Так продолжается еще некоторое время, после этого Грен отводит меня в сторонку и говорит:

- Знаешь, в чем основной прикол? Этот диалог у нас чисто поигровой!

И показывает свой аусвайс. А там особенности: "Псих. Буйнопомешанный. Склонность к разговору с несуществующими людьми".

Посмеялись, пошел я дальше. Паркана так и не нашел, вернулся обратно в театр - а он уже там. Ну и ладно.

Пришли люди, проорали "Все на мессу Короля-Жреца!". Приходим мы, а нам заявляют: Король-Жрец притомился, защищая своих верных чад от богомерзких зомби, так что мессу проведет Министр Здравоохранения!". Тут же тихонечко выходит Аджантис с рюкзаком и под вопли обожания, аплодисменты и крики "А король-то голый!" быстренько удаляется от своих верноподданных. Выходит Айвенго: "Веселитесь! Радуйтесь! Мы победили!".

Дальше мы долго и панически готовились к выступлению. Вечное правило ролевых игр: на ролевых играх никогда ничего не происходит вовремя. Оба наших представления тоже начались на полчаса позже. Зато вместо обещанных двух пьес мы сыграли все четыре, то есть весь наш репертуар. Еще интересный случай аккурат в середине представления: после одной из пьес выходит на сцену Хедин, он же Ланселот, всем больше известный как Якоб, и начинает вещать: мол, жители Истара, поклоняйтесь Такхизис! Зрители орут "Долой со сцены! Актеров хотим!" (спасибо вам, родные!), потом на сцену выходит Пирос и с криком "Бездарь!" режет Якоба и утаскивает его на улицу. В наступившей тишине прозвучал голос Полковника:

- Он не любил синематограф!

После этого выходит лично Фистандантилус. Мы негодуем и ругаемся с Даламаром: сто раз уже было обговорено, что наше выступление - неигровое, так какого тролля эти господа тут устраивают? Мастер нам отвечает: "Извините, ребята, сейчас тут просто толпа пьяных неадекватных личностей, включая меня, подождите, все как-нибудь само рассосется". Рассосалось не лично, но тоже ничего: на сцену вышел Вржещ и, импровизируя белыми стихами, опустил Фисти ниже плинтуса. Тот, естественно, возмутился, да как этот холоп и дурак тут со мной разговаривает, но тут бенефис Вржеща достигает кульминации:

- Да, я холоп! Да, я дурак! Но вот с тобой я поступлю вот так!

Хватает его в охапку и уносит за кулисы, где начинает охаживать кулуаркой со словами "Убить не убью, но и уйти ты отсюда не уйдешь!". Потом эту веселую парочку мастера увели отыгрывать куда подальше, а мы худо-бедно, под вопли снаружи "Выходите, грязные псы, поклонники Паладайна" довели представление до конца - с песнями, плясками и фаер-шоу.

А потом была ночь у костра, когда наши по очереди ходили на всякие там мессы, так и не убитый Якоб женился на Найре, мы с Шутером, Якобом и Миридином пели "Тампль" (после долгих споров, имеем ли мы на это моральное право, если Лора на полигоне, в итоге решили, что имеем, потому что на полигоне была Лора Московская, а "Тампль" ставила Бочарова), нам всем было хорошо, мы все друг друга любили и все друг другу пели. Потом ночевка с импровизацией стихами в палатке, утренний парад, спасибо всем, замечательный квас из кабака нахаляву, сбор локации и съезд с полигона под песню "Толкиенисты" в стиле церковно-приходского хора в исполнении меня и Некросса.

 

В общем, что тут можно сказать - СПАСИБО ЗА ИГРУ!

 

Всем мастерам - за КРИНН-2007

Всем игрокам - за КРИНН-2007

Теперь прямо по списку.

Василиску - за постоянную адекватность и оптимизм, а также за подаяние зомби.

Миносу - за то, что постоянно возился с нашими наркотическими заморочками.

Алисанде - за дорогу до полигона.

Айлил, СС, Забаве - за вечный позитив и за несколько монеток, брошенных в бейсболку.

Даламару - за заморочки на наши головы

Всему Истарскому Театру - за то, что обобрали, подогрели, то есть подобрали, обогрели, и ваще-ваще-ваще-ваще.

Мирре - капитану всегда тяжелее всех, спасибо за взваливание этой тяжелой ноши на твои не очень хрупкие плечи :). Плюс за все твои роли, за все твои приколы и за разговоры стихами.

Найре - за то, что у нас в театре был-таки нормальный кендер, не по крови, так по духу. Спасибо еще за массаж и фразу "Мирра, возьми его! Мирра, ну возьми его наконец, я спать хочу!"

Скае - за совместный строяк, позитив и ответ на предыдущую фразу: "Мирра, если ты его не возьмешь, я приду и покажу, как это делается!"

Умбре - спасибо за веселье днем и флегматичность ночью, когда мы втроем использовали тебя как подушку :)

Белке - спасибо за то, что ты была, и за "Пенек! ГДЕ МОЙ ПЕНЕК?!"

Даэлин - то же самое, только без пенька :) Также спасибо за попытку (хоть и безуспешную) исцелить Лепестка.

Маре - за совместные ночные посиделки, хождения со шляпой по зрителям и наполнение нашей театральной казны максимально эффективным образом :)

Некроссу - за то, что все-таки приехал, за отличного короля и отличного любовника (тест: кто о чем подумал после этой фразы?), сыгранных на сцене, и за менестрельники ночью.

Паркану - за трудолюбие, заморочку на мою голову с его поиском и "адекватного мужчину-человека" :)

Миридину - за отходчивость, совместное пиление всего и вся, разделение моей нелегкой нечеловеческой доли и великолепного дворянина.

Друиду - за неоценимую помощь во всех наших театральных делах.

Шутеру - за интересную роль, готовность к самопожертвованию и совместное исполнение Тампля.

Хедину (Якобу) - за то, что не давал расслабиться мозгам.

Инквизиторам - за то, что не давали расслабиться телу :)

Аджантису - за прекрасный образ Светоносного и излечение чумного кендера.

Нищете - за то, что приняли к себе и спрятали в лесах.

Овражным гномам - я вас люблю! вы хорошие!

Страже - за вежливость к театралам и гуманность при выносе зомби

Отдельно Крусейдеру - за "Эрафийский марш".

Отдельно Отданной ветру - за массаж и обыск :)

Кайзеру - за последние новости

Химере, Мириэль и Ящерице - за кавайность и няшность ;)

Клепе и Чертовке - спасибо вам, подруги, за то, что были такими кендерами, каким должен был быть я!

Грену - за розового психа

Всем остальным, кого пока что не вспомнил (может, еще вспомню) - спасибо за то, что вы были, играли и жили!

 

Сей отчет дописал-таки обленившийся вконец кендер Перепел-зомби-Лепесток 21 августа 2007 года.

интересно